<<
>>

Глава 6Преступления против собственности и судебная психиатрия

Введение

В настоящей главе даются определения преступлений против собственности (корыстных и деструктивных). На примере магазинных краж обсуждаются разные «мотивы» (в т.ч.

психическое расстройство) для совершения корыстных преступлений. Подобным же образом на примере поджогов рассматривается мотивация деструктивных преступлений.

Следует учитывать, что лица с психическими расстройствами при совершении преступлений против собственности могут исходить из обычных человеческих мотивов (жадность, зависть, гнев, ревность, обида и т.д.). Наличие психического расстройства вовсе не исключает у пациентов этих чувств. С другой стороны, психическое расстройство может вызывать определенные чувства, предшествующие совершению преступления, через механизм усиления эмоциональных реакций или через искажения восприятия.

Дефиниции

Термин «преступления против собственности» употребляется в отношении ряда преступлений. В их число входят:

Кража. Присвоение чужой собственности нечестным путем с намерением навсегда лишить владельца этой собственности.

Пользование транспортным средством без соответствующего разрешения. Завладение транспортным средством и его угон без разрешения владельца или другой законной власти (но без намерения навсегда лишить владельца этого транспортного средства). Если настоящее деяние связано с нанесением телесного вреда, опасным вождением или ущербом собственности, то преступник может быть обвинен в завладении транспортным средством с отягчающими обстоятельствами.

Грабеж /разбой (англ гоЬЬегу). Применение силы или угроза применения силы одновременно с совершением кражи или непосредственно перед ней.

Шантаж. Предъявление необоснованных требований, сопровождаемых угрозами, с намерением получить выгоду для себя или причинить утрату другому лицу.

Берглэри (англ. Ьиг§1агу). Проникновение в чужое владение с намерением совершить кражу.

Обвинение может также включать намерение причинения тяжелого телесного вреда, изнасилования или незаконного повреждения здания; если при этом имеет место использование силы или оружия, то обвинение может быть сформулировано как берглэри с отягчающими обстоятельствами.

Подготовленность к преступлению (англ. §от§ е^и^рре(^). Наличие при себе предмета, которым можно воспользоваться для совершения кражи, обмана или берглэри.

Мошенничество. Получение чего-либо бесчестным путем с помощью обмана. Здесь возможны разнообразные варианты, например:

(а) получение собственности с помощью обмана;

(б) получение материального преимущества с помощью обмана;

(в) подделка бухгалтерской документации и предоставление ложной документации директорами компаний;

(г) получение услуг с помощью обмана;

(д) уход от ответственности с помощью обмана.

Манипуляции с краденым (англ. Ьапс1Нп§ зЫеп §оос1$). Принятие предметов или помощь в их хранении, перевозке или передаче (избавлении от них), зная при этом или предполагая, что данные предметы или товары являются крадеными.

Подделка документа. Изготовление фальшивого документа с целью возможного его использования в качестве подлинного.

Криминальный ущерб имуществу (англ. сппппа1 сЬта^е 1о ргорег1:у). Разру-шение / уничтожение или повреждение собственности без законного основания. У преступника присутствует умысел достижения данного эффекта или же он безрассуден в своих действиях настолько, что может в результате произвести данный эффект. Возможно предъявление более серьезного обвинения, в частности обвинения в «криминальном ущербе с намерением подвергнуть опасности жизнь человека» или безрассудном поведении с возможной опасностью для жизни другого лица.

(И)Поджог. Уничтожение или повреждение собственности посредством огня (без законного оправдания). Более тяжелое обвинение может быть сформулировано как «поджог с намерением подвергнуть опасности жизнь другого лица» или безрассудное поведение с возможной опасностью для жизни другого лица.

Для квалификации деяния как поджога необходимо, чтобы у лица, совершившего его, было намерение поджечь что-то или умысел разрушения чего-либо посредством огня, или же имела место небрежность в отношении возможного результата при пользовании огнем.

Как мы увидим ниже, преступления против собственности проявляются в двух

формах:

корыстные преступления (англ. асчшзШуе ойепсез), к которым относятся различные виды краж, грабежи, берглэри и мошенничество, и

деструктивные преступления (англ. с1е51:гис{луе ойепсез), к которым относятся поджоги и злонамеренная порча собственности. С психиатрической точки зрения корыстные преступления, по сравнению с деструктивными, часто имеют иную психопатологию.

Корыстные преступления

Из всех преступлений, зарегистрированных в Соединенном Королевстве в 1997 году, 91% приходился на преступления против собственности (1), и 50% общего количества этих преступлений составляли кражи. Однако известно, что в полицию сообщается не обо всех преступлениях, а из тех, о которых сообщается — не все регистрируются. Дополнительную информацию в этом плане дают популяционные обследования пострадавших от преступлений (2,3) и, судя по этим данным, количество определенных видов совершенных преступлений занижено до семи раз.

Для таких преступлений необходимо рассматривать вопрос специфического намерения (тепз геа), так как его присутствие необходимо с правовой точки зрения для того, чтобы преступление состоялось. Отсутствие намерения будет основанием для защиты по предъявленному обвинению, то есть если лицо по рассеянности вынесло товар из магазина, это не будет преступлением, так как не было намерения навсегда лишить владельца его собственности.

Понимание разнообразных паттернов и мотивов краж основывается на опыте клинической практики и на результатах научных исследований, причем крупнейшее английское исследование было выполнено по магазинным кражам (4). Результаты этого исследования применимы к другим корыстным преступлениям. Большинство корыстных преступлений совершается людьми без каких-либо психиатрических проблем. С другой стороны, у преступников, страдающих психиатрическими болезнями, могут быть самые разные мотивы для совершения преступления, в том числе мотивы, никак не связанные с их проблемами психического здоровья.

Паттерны совершения преступлений, не связанные с психиатрическим расстройством

Для совершения корыстных преступлений могут быть самые разные причины, и эти причины совсем не обязательно обусловлены психическим расстройством.

Жадность. В эту категорию попадают такие преступления, как мошенничество, обман с кредитными карточками, кражи из финансовых институтов. В качестве примеров можно также привести кражи с места работы, где такое воровство принимается как нормальные «выходки» со стороны работников. Исследования «неучтенных потерь» в магазинах показывают, что значительная часть товаров похищается самими работниками конкретного магазина.

Бедность. Исследование магазинных краж обнаружило очень небольшую группу преступников, которые крадут из бедности или по причине отсутствия необходимого. В числе мотивов — необходимость обеспечить семью, поддержать видимость благополучия или же найти деньги на наркотики.

Острые ощущения. В некоторых группах, например среди детей и подростков, в качестве основной мотивации выступает возбуждение. Оно оказалось важным фактором в мотивации магазинных краж молодыми женщинами иностранного происхождения, задержанными в Лондоне. Возбуждение может быть частью мотива, когда группа подростков подбивает друг друга на совершение кражи, угон автомобиля или даже проникновение в чужой дом. В этих преступлениях может играть роль фактор скуки.

Антисоциальные семьи. В исследовании лиц, совершивших магазинные кражи, была выявлена группа лиц из антисоциальных семей, когда магазинными кражами занималась вся семья, принимавшая такое поведение как норму. У таких семей выявлена склонность к участию в других формах корыстного поведения.

Профессиональные кражи. В исследовании описана преступная группа, которая приезжала из одного города в другой, обманывала там магазинных служащих, забирала товар и привозила его в первый город для реализации. Желание получить что-то бесчестным путем часто коррелирует с обидой на общество и чувством горечи и является частью культурной традиции данной группы. Такие группы могут самоорганизовываться для совершения иных преступлений против собственности. Существуют также группы, совершающие кражи с целью купить машину, а в последнее время — и продукты питания.

Загруженность и рассеянность. Обвинение в совершении кражи нередко вы-двигается в отношении людей, которые выносят товары из магазина без намерения навсегда лишить владельца его собственности, и если можно доказать, что такого намерения не было, то преступления совершено не было.

Корыстные преступления и психиатрическое расстройство

Цифры распространенности психиатрических расстройств среди взрослых лиц, совершающих корыстные преступления, неизвестны, но по-настоящему серьезные расстройства встречаются лишь в небольшой части случаев. По данным СИЪЪепз (5), в 1959 году лица с психиатрическими расстройствами составляли среди магазинных воров 10-15%, в то время как в 1981-м — лишь 5% (6). В исследовании 1649 осуждений за магазинные кражи в Монреале лишь 3,2% случаев составляли психически больные. Чаще всего встречались диагнозы аффективных расстройств, злоупотребления алкоголем и наркотиками (7). СИЪЪепз & Рппсе

проанализировали уровни психиатрических расстройств среди лиц, совершивших магазинные кражи, что позволило установить спектр расстройств среди лиц, совершающих корыстные преступления. Нижеприведенное изложение этих результатов основывается на клинической практике и дается по отдельным рас-стройствам.

Корыстные преступления и неврозы Депрессия

Возможно, что депрессия является наиболее распространенным симптомом среди психически больных лиц, осужденных за кражи. Нередко это расстройство адекватно лечится на внебольничной основе, и такое лечение часто является условием пробации. Здесь на основании исследования лиц, совершивших магазинные кражи, можно выделить четыре группы.

Взрослые лица молодого возраста в условиях стресса, живущие в социальной изоляции

В ходе исследования лиц, совершивших магазинные кражи, была выделена группа молодых женщин с детьми. Для них характерно было проживание в многоквартирных домах, отдельно от родителей, они были домохозяйками и сидели дома с детьми, а их мужья работали вне дома, и у них не было социальной поддержки от соседей. Обычно сначала возникала депрессивная симптоматика, и через несколько месяцев совершалось преступление. Совершение кражи интерпретировалось как крик о помощи и, помимо этого, обретение какой-то вещи могло приносить им временное утешение.

Лица более старшего возраста с хронической депрессией

Исследование выявило группу женщин старшего среднего возраста с хроническими депрессиями — одинокие внутри своей семьи, когда дети уже покинули дом, а муж не уделяет достаточно внимания. Такая депрессия случается в период менопаузы и совпадает, естественно, с другими «потерями». Характерно, что эти женщины за несколько недель до совершения кражи неоднократно обращались к врачам с неясными жалобами. Через какое-то время они чувствовали, что врачи теряют к ним интерес, и переставали обращаться за медицинской помощью. Примерно через месяц или чуть позже их судили за магазинные кражи. Мотивация была такой же, как и в предыдущей группе.

Лица с депрессией вследствие острой потери Снапример, смерти близкого человека)

В исследовании 24 магазинных воров (8) ряд из них недавно пережили какую-то значительную потерю или их близкие были на грани смерти. Причинами краж в этом случае могла быть загруженность своими проблемами или кража в утешение предмета, который мог иметь символическое значение.

Лица с личностными расстройствами в депрессивном настроении

У этих людей часто отмечается агрессивное чувство обиды. Совершение преступления можно интерпретировать как внезапный импульс расслабиться и сделать, что взбредет в голову, или же как попытку озадачить и, соответственно, наказать свои семьи, навлекая позор на себя, или же как попытку вызвать сочувствие членов семьи и привлечь внимание к своим трудностям.

Магазинные кражи как попытка манипуляции

Лица, страдающие депрессией, могут совершать магазинные кражи с целью манипуляции. Эти лица оказались в эмоционально тяжелых для них обстоятельствах (например, недавно эмигрировавшие в страну молодые женщины, которые ненавидят свою новую страну проживания) и осознанно или неосознанно совершают магазинные кражи, чтобы привлечь внимание к своим трудностям и как-то ускорить изменения в своей жизни.

Тревога

Тревога может быть причиной эпизодов отвлечения, и в таком состоянии субъект может «по рассеянности» вынести товар из магазина без соответствующей оплаты. К краже могут привести панические расстройства, когда лицо вынуждено во время приступа быстро покинуть магазин.

Нарушения пищевого поведения

Среди пациентов с анорексией отмечаются кражи продуктов питания, особенно из магазинов (9). Повышена вероятность совершения магазинных краж среди пациентов с нарушениями пищевого поведения, бывших в прошлом жертвами сексуальных злоупотреблений (10).

Компудьсивные состояния и клептомания

Фобии и обсессивные состояния с непрошеными навязчивыми мыслями редко связаны с совершением краж. В то же время некоторые «неисправимые» воры сообщают о том, что испытывают непреодолимое стремление совершить кражу, и вписываются в описание клептомании в ОЗМ-1У и МКБ-10. Эта компульсия характеризуется чувством напряжения именно в связи с острой потребностью украсть, возбуждением в процессе совершения кражи (которое в очень небольшом количестве случаев может быть сексуальным) и чувством облегчения после совершения акта кража. Наряду с этим осознается вся бессмысленность и ошибочность острой потребности украсть и впоследствии появляется чувство вины. Кража не является выражением гнева или проявлением акта возмездия, она также не является частью поведенческого расстройства у подростков или проявлением антисоциальной личности. Стоимость украденных предметов обычно невелика, и часто эти предметы совершенно не нужны лицу, совершившему кражу. Их могут спрятать, отложить про запас и отдать кому-то. Такая компульсия может быть связана с другими невротическими симптомами, например, следующими:

депрессия;

тревога — возможно в сочетании с иными проявлениями компульсивного поведения (мытье рук, постоянные проверки);

нервная булимия;

половая дисфункция (промискуитет или фригидность);

фетишистские кражи (например, женского нижнего белья).

По данным литературы, данное состояние отмечается в любом возрасте и чаще встречается (77%) среди женщин (11). Сообщается также об успешном применении в некоторых случаях поведенческой терапии, психотерапии и антидепрессантов с целью ослабления компульсии. Симптомы данного расстройства частично совпадают с хроническим чувством печали, напряжением и депрессией, когда чувство дисфории облегчается через совершение кражи (12).

Другой пример компульсивного поведения — это молодые люди, которые, будучи не в настроении, имеют обыкновение утонять чужие автомобили и ездят на них. Управление автомобилем вызывает в них ощущение благополучия и повышает их самооценку. Накатавшись, они оставляют машину. Они становятся специалистами по угону чужих автомобилей и носят при себе для этой цели связку ключей. В целом такое поведение является невротическим и связано, в частности, с наличием доминантной матери.

Такие преступники отличаются от антисоциальных личностей, которые демонстрируют оппортунистическое и импульсивное поведение в самых разных сферах, но оно не имеет невротической причины. Их также следует отличать от лиц, в основе повторных действий которых лежит психоз или травма головного мозга.

Корыстные преступления и психозы Шизофрения

Существует ряд причин, по которым может украсть человек, страдающий шизофренией. Кража может быть прямой и непосредственной реакцией на такие симптомы болезни, как бред или галлюцинации.

Шизофрения может привести к уходу в бродяжничество, что, в свою очередь, ведет к совершению краж. Без поддержки и без денег человек, сильно ограниченный в своем функционировании тяжелой психической болезнью, может совершить кражу, чтобы добыть себе еды. Это может быть простая кража из магазина или из выносной витрины в дверях, но может быть и более сложное деяние, включающее берглэри.

Аффективные психозы

Преступление может быть связано с манией, и причиной здесь может быть как экспансивное настроение, когда «преград не существует», так и бредовые идеи. Типичным преступлением лица в мании может быть выписывание чеков, которые не могут быть оплачены, заказ товаров, которые не по карману, или' же присвоение каких-то предметов, считая при этом, что «все в порядке». Все эти преступления имеют один фундамент — завышенное представление о своих возможностях и подъем настроения, которые могут быть связаны с бредовыми идеями. При тяжелых депрессиях «воровство» может быть следствием состояния рассеянности, желания найти утешение, попытки привлечь внимание к своим трудностям, или оно может быть следствием бреда.

Корыстные преступления и органические состояния Деменция

Кража может произойти или из-за состояния спутанности, когда человек может уйти с неоплаченным товаром, или потому что деменция подрывает способность лица противостоять соблазну. Антисоциальное поведение лица чаще связано с деменцией, обусловленной изменениями в передневисочных отделах головного мозга, чем с болезнью Альцгеймера (13). Для постановки правильного диагноза необходимо тщательное обследование и сбор анамнестических сведений от самого лица и его близких.

Травма головного мозга

У некоторых лиц после травмы отмечается заметное личностное снижение, а также проявления антисоциального поведения, которое может выражаться в том числе в совершении краж. В результате травмы могут возникать также проблемы с памятью, и результатом этого могут быть кражи по рассеянности.

Эпилепсия

За приступом эпилепсии может последовать состояние спутанности, в котором, по крайней мере теоретически, лицо может покинуть магазин, забыв заплатить за покупку, но все-таки такие случаи крайне редки.

Злоупотребление психоактивными веществами

АЛКОГОЛЬ И наркотики могут быть связаны с кражей или берглэри, хотя злоупотребление психоактивными веществами не может использоваться в качестве оправдания (см. главу 9):

лицо может совершить кражу, чтобы поддержать свою наркотическую привычку или просто чтобы раздобыть еды;

злоупотребление психоактивными веществами может растормаживать лицо до степени, позволяющей ему участвовать в берглэри или ином преступлении, например краже автомобиля — самому или в компании с другими.

Корыстные преступления и интеллектуальная недостаточность

Лица с умственной отсталостью могут совершать кражи по следующим причинам:

сниженное сопротивление искушению;

сопутствующее личностное нарушение;

обиды, которые могут быть отчасти обусловлены недавними или хроническими трудностями, а также фрустрациями, переживаемыми этим лицом, которые являются следствием его низкого интеллектуального уровня.

Корыстные преступления и личностное расстройство

Исследование магазинных краж (4) выявило группу молодых людей, постоянно ведущих беспорядочный образ жизни, совершающие импульсивные кражи, а также другие преступления. Их анамнез указывал на тяжелые отклонения, и они явно не смогли адаптироваться к жизненным обстоятельствам. У них обнаруживалась недостаточная способность поддерживать устойчивые взаимоотношения с другими, работать в соответствии с предъявляемыми требованиями и вести свои собственные дела.

Корыстные преступления и другие «расстройства»

Вынос товаров «по рассеянности»

Пациенты могут выносить товары из магазинов, будучи в состоянии «рассеянности», без намерения лишить владельца его имущества, и в этом случае они не должны быть признаны виновными. Рассеянное поведение может отмечаться при ряде состояний, в том числе при депрессии, тревоге, деменции или в состоянии спутанности после эпилептического припадка.

Нарушения концентрации вследствие приема лекарственных препаратов

Эти состояния отмечены (5) в связи с избыточной седацией на ночь, приемом антидепрессантов, антиэпилептических препаратов или стероидов. Обычно речь идет о честных людях, которые нарушили закон на фоне приема лекарств. Очевидно, что в таких случаях свидетели произошедшего не указывают на кражу или попытку спрятать товар. Чаще всего это случается среди пожилых людей.

Клиническая оценка случая

Полная история обследуемого лица должна включать в себя информацию о любых психиатрических нарушениях. Обследуемые могут ссылаться на то, что они не могут припомнить факт совершения преступления. Возможными причинами такой неспособности припомнить происшедшее могут быть следующие:

симуляция;

истерическое отрицание;

недостаточность удержания события в памяти по причине:

(а) отвлечения

(б) болезни

(в) воздействия принятых лекарств

(г) воздействия принятого алкоголя или наркотиков

деменция с ослабленной памятью;

редкие расстройства сознания, например в связи гипогликемией, постикталь- ные явления и т.д.

В клинической практике среди причин неспособности вспомнить происшедшее с большим отрывом лидируют симуляция ц истерическое отрицание. Здесь очень важно проверить информацию об исследуемом лице из максимального количества источников. В частности, имеет смысл побеседовать с родственниками или получить информацию из вторых рук — например, из отчета социального работника (возможно, подготовленного изначально в службе пробации). От самого пациента следует получить подробную историю преступлений, совершенных в прошлом (и сверить ее с данными службы пробации или сведениями из полиции). Лучше всего получить объективное описание данного преступления по материалам заявлений свидетелей или из документов полиции. Это особенно важно в случаях, когда оспаривается намерение украсть. Наблюдения других лиц позволяют более взвешенно оценить конкретный случай.

Разумеется, если есть уверенность в том, что у пациента не было намерения украсть и что его поведение обусловлено психиатрическими обстоятельствами, то это мнение следует представить на рассмотрение суда. С другой стороны, некоторые обвиняемые не идут на такой вариант защиты, так как опасаются привлечь к себе внимание средств массовой информации. Они считают, что, признав свою вину, быстрее и эффективнее избавятся от проблемы без широкого упоминания своего имени.

Управление случаями и лечение психически больных лиц, совершивших преступления против собственности

Адекватным вмешательством является лечение основного психического рас-стройства. Потребуется ли для этого госпитализация, зависит от тяжести расстройства и готовности пациента включиться в процесс лечения. Обычно больничное лечение на основе судебного ордера требуется лицам в психозе или лицам с тяжелыми органическими нарушениями. С невротическими расстройствами (малые депрессии, тревожные состояния) можно справиться в амбулаторных условиях, и часто такое лечение является условием пробации. Всем пациентам на пользу не одна голая фармакотерапия, но также поддерживающее психологическое консультирование и практические рекомендации с точки зрения здравого смысла, такие, например, как не заходить в магазин с сумками, не посещать магазины в одиночку — ходить в компании с другими, избавиться от ключей от автомашины, найти себе какое-то занятие в дневное время. Среди лиц, совершивших магазинные кражи в состоянии депрессии, успешно применялась когнитивная поведенческая терапия.

Самыми «трудными» пациентами являются лица с тяжелыми личностными расстройствами (которые могут не поддаваться лечению) и «компульсивные» лица. К последним пытались применить самые разнообразные поведенческие методики, в том числе закрепление реакции отвращения, скрытую сенсибилизацию, смещение направления деятельности и массовые практики. Огромная роль при этом принадлежит мотивации, которая, в свою очередь, может зависеть от настроения (фрустрация, низкая самооценка, депрессия).

Уголовное преследование и суд

Были случаи, когда преследование за магазинные кражи приводило психически уязвимых лиц к суицидальным попыткам, а также завершенным суицидам. Кодекс королевских прокуроров содержит инструкцию по уголовному преследованию, которая, в частности, предусматривает сочувственное рассмотрение случаев лиц, страдающих какими-либо формами психиатрических болезней или психиатрическими нарушениями. Такие лица могут получить предупреждение и не подвергаться преследованию. В частности, вопрос об уголовном преследовании может быть снят, если отрицательные последствия такого преследования для психического здоровья обвиняемого перевешивают интересы правосудия.

Вместе с тем, если уголовное преследование ведется, и психиатрическое рас-стройство у субъекта присутствует, то от его имени имеющееся расстройство может быть заявлено как смягчающий фактор. Обычно суды охотно помогают людям, явно страдающим психиатрическими расстройствами, и, как правило, следуют рекомендациям психиатров. Однако по делам, связанным с магазинными кражами, заявления о возможном депрессивном состоянии лица, совершившего кражу, применялись настолько часто, что суды разочаровались в таком «щадящем» подходе, и появились признаки более жесткого отношения при заявлении о психическом расстройстве магазинного вора. Следует отметить, что суды обычно принимают рекомендацию амбулаторного лечения в качестве условия пробации, или, в соответствующих случаях, направляют лицо на стационарное лечение.

Деструктивные преступления Вступление

Литература по деструктивным преступлениям сосредоточена в основном вокруг темы поджогов, которые, впрочем, представляют особый интерес для психиатров, да к тому же многие результаты исследований по поджогам вполне применимы к другим деструктивным преступлениям. Всегда признавалось, что поджоги могут быть следствием психической болезни, но, с другой стороны, у них может быть самая обычная мотивация, например ревность, месть или гнев. Хорошие обзоры по этой теме выполнены Вагпеи & ЗрИгег (15) и Вагкег (16). Первые описания были сделаны еще Эскиролем (Е5^и^^о1) в 1835 году (17) — он описал поджигателей, страдающих психозами, деменцией, умственной отсталостью и т.д. В те времена совершение повторных поджогов при отсутствии прочих психиатрических расстройств расценивалось и диагностировалось как пиромания (это соответствовало моде того времени на диагноз мономании), хотя в настоящее время совершение повторных поджогов рассматривается как итоговый результат воздействия ряда разных факторов.

В 50-е годы XX века начали проводиться крупные научные исследования поджигателей, и первой классической работой стало исследование Ье^15 & УагпеИ 1100 случаев поджогов (18), которое дало представление о мотивах поджогов, и в результате позволило создать первую классификацию поджигателей. Это исследование дало представление о репрезентативной выборке поджигателей, в то время как другие работы выполнялись на очень селективных группах, например поджигателях, находящихся в спецбольницах или в тюрьмах.

Шх выполнил проспективное исследование 153 поджигателей, направленных на психиатрическую экспертизу, с целью выяснения их психиатрических диагнозов и мотивации (19). Следующее исследование Рип е1 а1. (20) было посвящено взаимосвязи между психическим расстройством и поджогами. В нем описаны характеристики и мотивация 36 преступников, направленных в психиатрические службы. Авторы пришли к выводу о необходимости использования многоосевого подхода. Вагкег соглашается с этим выводом, но также предполагает в своей обзорной статье, что в ходе подробного изучения отдельных поджигателей могут проявиться «синдромы» поджога, что позволит психиатрам разработать более совершенные методы интервенции и профилактики.

Нижеприведенная классификация является модифицированной версией разработки Ье^15 & УагпеИ. Эта классификация может быть в равной степени применена к другим видам деструктивного поведения, например злонамеренному причинению ущерба. Психиатрическая ненормальность может присутствовать в любой из перечисленных подгрупп.

Пожар как средство достижения цеди

В этой гетерогенной группе огонь используется с целью достижения цели, такой, например, как получение страховой суммы, месть или самозащита.

Мошенничество при страховании

В этой группе пожар причиняется с целью затребовать страховую сумму. Маловероятно, что в таком случае потребуются услуги психиатра, за исключением ситуаций, когда у обвиняемого в прошлом история психической болезни или есть подозрение на такую болезнь.

Желание заработать денег

Описывались случаи, когда пожарные, работающие на неполную ставку, специально создавали для себя работу в виде очагов возгорания, чтобы их вызвали на работу и они могли заработать дополнительные деньги. Обычно такие случаи не попадают в поле зрения психиатра и решаются с помощью тюремного заключения и других наказаний, налагаемых судом.

Сокрытие следов преступления

Огонь используется для сокрытия преступления или для уничтожения доказательств. Такие случаи редко направляют на психиатрическую экспертизу, но это не исключено, если конкретная ситуация выглядит причудливо. Психиатр должен убедиться, что он познакомился со всеми имеющими отношение к делу заявлениями, предъявленными суду. Они могут проливать свет на обстоятель-ства, которые на первый взгляд кажутся странными. Иногда подсказка о сокрытии преступления может поступить от самого обвиняемого, который в то же время пытается скрыть патологические мотивы своего поведения, такие, например, как устойчивая потребность разводить огонь, а иногда оригинальное преступление может быть следствием психической болезни.

Политические мотивы

Поджог совершается для достижения политической цели. Маловероятно, что к психиатру обратятся по поводу экспертизы таких лиц (за исключением редких психотических случаев), так как они обычно из всех сил стараются подчеркнуть, что их действия сознательны, и они полностью отвечают за совершенное деяние. У некоторых в прошлом может присутствовать некоторая личностная неустойчивость, но обычно в связи с этим не требуется ордер суда о принудительном лечении.

Аействия антисоциальных групп «в порядке развлечения»

Незрелые лица, особенно подростки, могут приводить себя в состояние возбуждения и в этом состоянии совершать различные преступления, в том числе поджоги (для них, с точки зрения рецидива, прогноз очень благоприятен). Такое поведение может быть обусловлено скукой. Иногда встречаются случаи, когда один человек с сильно выраженным расстройством влияет на целую группу сравнительно нормальных подростков, вовлекая их в антисоциальную деятельность. Бывает и так, что один такой юноша с расстройством пытается привлечь к себе внимание других или добиться определенного положения в группе, используя для этой цели опасное поведение. В таких случаях при изъятии такого доминирующего или психически расстроенного молодого человека остальная группа, состоящая из сравнительно нормальных юношей, не проявляет склонности к поджогам.

Группы объединенные идеями мести, самозащиты или гнева

В этой группе поджоги являются результатом сильных эмоций страха или гнева, которые часто исходят из взаимодействия с другими лицами. Вполне вероятно, что это наиболее распространенная мотивация поджогов, в том числе поджогов, совершаемых психиатрическими пациентами. По данным Шх (19), почти треть его выборки совершали поджоги из чувства мести.

«Крик о помощи»

В этой группе огонь — способ привлечения внимания к проблемам и трудностям субъекта. В группе Шх (19) такое чаще отмечалось среди женщин, но также было связано и с психиатрической болезненностью. Он также описал группу лиц с психиатрическими диагнозами, которые совершали поджоги, чтобы им предоставили другое жилье.

Желание почувствовать себя могущественным

Эта группа получает удовлетворение от ощущения могущества, которое у них возникает при совершении поджога, при наблюдении за суетой в связи с пожаром и при чтении сообщений о пожаре на следующей день в газетах. Они испытывают удовольствие от того, что были причиной всего этого шума. Обычно это неадекватные люди с низкой самооценкой.

Появление в роли героя

Данную группу составляют довольно неадекватные личности с низкой самооценкой, и они конструируют ситуацию, в которой отводят себе роль героя. Они совершают поджог, вызывают пожарных, рвутся на помощь людям, оказавшимся в охваченном огнем помещении, в надеэвде привлечь к себе всеобщее внимание. Исследования с длительным катамнезом не проясняют, насколько такая мотивация связана с неблагоприятным прогнозом. Можно предположить, что таким пациентам пойдет на пользу поддерживающая психологическая терапия.

Суициды

Как показывают исследования, большинство суицидов с помощью огня совершаются лицами с психиатрическим анамнезом и нередко с историей аутодеструктивного поведения в прошлом. Ранее случались эпидемии суицидов с помощью огня, например в 1978-1979-е годы, когда коронеры зарегистрировали 82 случая по сравнению с обычной годовой «нормой» в 23 человека.

Огонь как притягательная сила

Эта категория довольно разнородна, и в неё входят люди, которых привлекает огонь как таковой.

Группа с непреодолимым желанием зажигать огонь

Лица в этой группе осознают своё устойчивое влечение к зажиганию огня. Они не понимают это свое влечение в полной мере, и когда им задают прямой вопрос, не могут сказать ничего вразумительного. Нередко это очень одинокие, неадекватные люди. Они во многом похожи на группу лиц, снижающих с помощью огня своё внутреннее напряжение. Обычно у них в истории несколько под-жогов, и они были задержаны полицией. Они описывают нарастание в них на-пряжения, а затем чувство удовольствия или освобождения, когда огонь разгорелся. Степень тяжести пожаров, инициированных ими, может постепенно усиливаться.

Группа лиц, испытывающих сексуальное возбуждение

Хотя в XIX веке использование огня как фетиша считалось довольно распространенной причиной поджогов, на практике случаи, когда огонь является непосредственным сексуальным стимулом, довольно редки (но тема сексуального символизма поджогов вызывает значительный интерес психиатров). В крупных исследованиях поджигателей описаны лица, испытывающие сексуальное возбуждение при виде огня, зажженного ими, хотя они составляют очень небольшую часть всех поджигателей. Некоторые из них были приговорены к тюремному заключению и в тюрьме лечились с помощью психотерапии, другие — были направлены в спецбольницы. Мотивация в таких случаях настолько причудлива, что обычно запрашивается отчет о судебно-психиатрической экспертизе. Принято считать (без достаточной доказательной основы), что прогноз в таких случаях неблагоприятен. Разумеется, эти люди должны считаться опасными, пока у них отмечается сексуальное возбуждение при фантазиях, связанных с огнем.

Группа лиц, снижающих напряжение или облегчающих депрессию

Основная мотивация в этой группе обусловлена открытием, сделанными такими лицами. Суть открытия заключается в том, что акт поджога облегчает в них чувство уныния или снижает внутреннее напряжение. Эта группа имеет общие характеристики с группой с непреодолимым желанием зажигать огонь, а также с группой «кричащих о помощи». Поджоги в данной группе могут соче-таться с другими действиями, направленными на снятие напряжения, например нанесением самоповреждений и совершением суицидов. Для женщин этой группы есть клинические основания заподозрить, что они в раннем возрасте стали жертвами сексуальных злоупотреблений. Склонность к зажиганию наблюдалась и у лиц, страдающих посттравматическим стрессовым расстройством. Управление случаями зависит от трудности редукции симптомов депрессии и тревоги. Это может быть сделано в условиях жилья при больнице или с помощью поддерживающей психологической терапии на амбулаторной основе (как в сочетании с фармакотерапией, так и без неё). В то же время в случае необходимости пациент может быть помещен в заведение с усиленным режимом безопасности до тех пор, пока время и терапия не приведут в результате к личностному созреванию и уси-лению самоконтроля.

В настоящую классификацию не включены лица, совершающие поджоги по неосторожности или по причине безрассудного поведения.

Риск рецидива среди поджигателей

Согласно картине, нарисованной Ьеш15 & УагпеИ, поджигатели — это лица с серьезными психологическими ограничениями, и 30% из них скорее всего совершат повторные акты поджога. Следует заметить, что прогноз в конкретных случаях часто оказывается делом трудным (21). Согласно данным одного из недавних исследований, среди осужденных поджигателей общий показатель рецидивизма по поджогам составил лишь 4%, и в то же время многие из лиц, осужденных за поджоги, впоследствии совершили иные преступления (22). У преступников, получивших небольшие сроки наказания, показатель рецидивизма по поджогам за пять лет наблюдения оказался очень низким (2%), а среди поджигателей, отбывших длительные сроки тюремного заключения, повторно совершали поджоги 20%. При этом 25% из группы с краткосрочным и 50% из группы с длительным наказанием совершали в течение периода наблюдения деструктивные преступления (поджоги, сексуальные преступления, повреждения собственности или акты насилия). Если принять во внимание все преступления, то повторно за совершение какого-то преступления (включая кражи) были осуждены 43% лиц с краткими сроками заключения и 80% лиц с продолжительными сроками заключения. Как и в случае других преступлений, для поджогов риск оказывается повышен, если у преступника в прошлом были случаи поджогов. ЗарзЬпЗ (23) также отмечал повышенный риск рецидивов среди лиц, отбывающих более длительное заключение. По данным немецкого исследования, вероятность повторного поджога выше среди психически больных, чем среди психически здоровых поджигателей (24). Вместе с тем поджоги традиционно являются трудным преступлением с точки зрения обнаружения преступника и его осуждения судом. По этой причине невозможно точно определить степень рецидива и спрогнозировать поведение такого лица в будущем.

В заключение необходимо отметить, что, несмотря на трудности прогноза вероятности совершения поджогов в индивидуальных случаях, статистические шансы повтора после отбывания срока в тюрьме или в других заведениях в целом низки. Для повышения качества оценки рисков среди этих преступников необходимы дополнительные исследования.

Психиатрический диагноз и поджоги

В исследовании Шх (18) у 8% субъектов был диагноз психоза, у 11% — маниакально-депрессивного расстройства, но самыми распространенными оказались личностное расстройство и злоупотребление психоактивными веществами. Вместе с тем группа Шх не была «чистой» — в том смысле, что суды запросили психиатрические отчеты по этим лицам до их осуждения, что свидетельствует о том, что у судов возникли сомнения в психическом здоровье обвиняемых. Ежегодно по решению судов на лечение в больницы направляется около 2% поджигателей.

В то же время, исходя из общего количества судебных ордеров о принудительном лечении в течение года, можно сказать, что поджигатели представлены в больницах непропорционально высоко. Возможно, это связано с тем, что психически больных поджигателей легче обнаружить, чем других преступников. В 1975 году Апелляционный суд рекомендовал запрашивать психиатрические отчеты по всем случаям поджогов, и, таким образом, роль психиатров в оценке этих преступников сохраняется.

Клиническая оценка поджигателей и преступников, совершивших другие деструктивные преступления

Как и в любом случае потенциально опасного преступника, правильность оценки зависит от максимальной объективности информации и тщательного сбора подробного анамнеза. Ничто не может заменить дотошного изучения психиатрической документации, касающейся прошлого пациента, отчетов социальных служб, перечней предшествующих судимостей (желательно развернутых, с подробными описаниями) и утверждений, относящихся к последнему преступлению. В распоряжении специалиста должна быть текущая информация о прошлом субъекта, причем лучше всего получить её, побеседовав с родственниками, и, само собой разумеется, что данный случай должен обсуждаться с социальным работником или работником службы пробации, который вел или ведет дело этого лица.

Психиатрическая оценка должна прояснить вопрос о присутствии / отсутствии психической ненормальности в момент совершения преступления или после него, а также установить мотивацию преступления. Взаимосвязь с психиатрической ненормальностью может быть прямой и непосредственной (совершение действия под воздействием бреда) или косвенной, опосредованной (например, быть отражением стресса, наложившегося на существующую болезнь). Оценка рисков должна основываться на предшествующей истории поджогов и криминального поведения, понимания событий и собственных состояний, предшествующих поджогу, а также вероятности повторения этих состояний. Эксперт должен также выслушать рассказ самого пациента и оценить его потенциал в отношении совершения поджогов в будущем, с учетом описания его фантазий и импульсов.

Исход рассмотрения дел в судах

При рассмотрении дел о поджогах суды обычно хотят помочь лицам, страдающим психическими расстройствами. С другой стороны, суды будут учитывать также аспект защиты общества. Следовательно, рекомендации о лечении должны принимать это во внимание и быть реалистичны с точки зрения безопасности общества. И хотя нет необходимости рекомендовать направлять каждого поджигателя в спецбольницу или региональную службу с усиленным режимом безопасности, тем не менее вряд ли можно признать адекватными рекомендации амбулаторного лечения для лица в активном психозе, которое только что совершило поджог. Рекомендации об ограничении свободы могут быть оправданы при необходимости обеспечения обязательной последующей помощи в местном сообществе или при вероятности совершения побега из больницы (с риском для других).

Литература

Роуеу В., Рпше^, ТауЬг Р (1998) Кой/уаЫе 0//епсез: Еп^апд, аш1 ]Ше$ 1997. НМЗО: Ьопс!оп.

М1гг1еез-В1аск С., МауЬе\у Р., Регсу А. (1996) ТНе 1996 ВгШзк Спте Зигоеу. Ноше ОШсе 51аЙ8Йса1 ВиИейп 1996.

ОШсе оГ РоргИа&оп Сепзизез апс! Зигуеуз (1995) ТНе СепегаI НоизекоЫ Зигоеу 1993. НМЗО: ЬопсЪп

ОЛЬепз Т.С.Ы., РппсеХ (1962) ЗкорИ/йщ. 1пзИШ1:е Гог 1:Ье ЗШс1у апс! Тгеа1шеп1: оГ Ое1^иепсу: Ьопс!оп.

О&Ъепз Т.С.Ы., Ра1тег С., РппсеХ (1971) МепЫ Ьеа11Ь азрес1з оГ зЬор1Шлп§. ВгШзк МесИса1]оита13, 612-15.

ОЛЬепз Т.С.М. (1981) ЗЬорИЛт^ ВгШзН/оита! о/ РзусЫаЬгу 138, 346-7.

Ьатоп1а^пе У., Сагрепйег N.. НеШ С., Ьасег1е-Ьашоп1^пе С. (1994) ЗЬорПМп^ апс! тепЫ Шпезз. СапаЖап^ита1 о} РзусЫаЬгу 39(5), 300-302.

СирсЫск \У., АсЬегзоп (1983) ЗЬорНМп& ап оссазюпа1 спте оГ Ле тога1 та)’огку. ВиИейп о/ЬНеАтепсап Асайету о/ РзусЫаЬгу апс11Не Ьат. 11, 343-54.

Спзр Н., Нзи Ь., НагсНп^ В. (1980) ТЬе зйатщ; Ьоагёег апс! уогасюиз зрепс1ег: 8(еаИп§ ш апогехга пегуоза.]оита1 о/ Рзускозотайс КезеагсН 24, 225-31.

Ри11ег1;оп Э.Т., Шоп(1ег11сЬ 5.А., Оозпе11 В.А. (1995) СНтса1 сЬагас!:епзисз оГ еайп^ (Нзогйегес! райеп1з \УЬО герог!: зехиа1 ог рЬуз1са1 аЬизе. ШетайопаI]оита1 о/ Еайп& ЕНзоЫегз 17(3), 243-9.

МсЕ1гоу З.Ь., НископХ1., Роре Н.О., Кеск Р.Е. (1991) Юеринпаша: сИтса1 сЬагас^епзйсз апс! аззоаа1:ес[ рзусЬораЛоЬ^у. Рзуско1о&са1 МесИсгпе 21, 93-108.

Е<1копа1 (1976) ТЬе АЪзеп!: Мтс!ес! 137 ЗЬорИЛегз. ВгШзк МесИсаI]оита11, 675-6.

МШег ВХ,, ЭагЬу А, Вепзоп О.Е е1 а1. (1997) Аб§гезз1уе, зос1а11у (НзгирЦуе апс! ап11зоаа1 ЪеЬаУюиг аззоаа{;ес! \уИ;Ь {гоп!:оЧетрога1 с1етеп11а. Впйзк ]оита1 о/ РзусЫаЬгу 170, 150-4.

Сифотззоп О.Н. (1990) РзусЬо1офса1 ап<1 рзусЫаЫс азрес^з о{ зЬорНЙЛ11§. МесИсгпе, Зсгепсе апд. Ьке Ьат 30, 45-51.

Вагпеи Ш, Зркгег Э.М. (1994) Ра1Ьо1о§1са1 Яге зеНиц* 1951-1991: а геу1еш. МесИсте, Зсгепсе апА 1ке Ьат 34(1), 4-20.

Вагкег А. (1994) Агзоп: А Кеглей) о/Ьке РзускгаЬпс ЬкегаШге. МаисЫеу Мопо&гарЬ, Ох1огс1 11туегзку Ргезз: ОхГогс!.

Ез^и^го1^.Е.^. (1965) Меп1а1 МакиНез, Тгеайзе оп 1пзап0у. НаГпег: ЬопсЬп.

Ье>У13 N.0.0., УагпеИ Н. (1951) РаЬИоЬ&са!/гге зеШщ. Ыегуоиз апс! МепЫ 01зеазе Мопо^гарЬ. N0. 82; Ые\у Уогк.

К1х К.^ (1994) А рзусЫа1:пс з1ис1у оГасЬк агзотз^з. МесИсгпе, Заепсе апс{ Ле Ьат 34(1), 21-34.

Рип В.К., Вах1:ег К.., Согс!езз С.С. (1995) СЬагас^епзисз оГ Йге зеиегз. А зии!у апс! ргорозес! тиШахЫ рзусЫаЫс с1аззШса1:юп ВгШзН]оита1 о/ РзусИгаёгу 166(3), 393-6.

Раи1к М. (1982) Аззеззт^ с!ап§егоизпезз гп агзошз^з. 1п: Пащегоизпезз: РзусЫаЬпс Аззеззтепё апА Мапа&етегй (ес!з) Напикоп апс! Н. Ргеетап. ОазкеП (Гог 1Ье Коуа1 СоПе^е о? Р8усЫа(п8(8): Ьопс!оп.

ЗооШИ К.Ь., Роре Р^. (1973) Агзоп: а 1:>уеп1у-уеаг соЬог! з1ис!у. МесИса1 Зсгепсе Ьат 13, 127-38.

ЗарзГогс! И^, Вапкз С., Зт11:Ь Э.О. (1978) Агзошз^з 1п рпзоп. Ме<Иса1 Зсгепсе Ьат 18, 247-54.

Вагпеи \У., К1сЬ1:ег Р., З^шипс! О., Зркгег М. (1997) Кес1сИу13ш апс! сопсотНап!: сг1Ш1па1ку т ра^Ьо1о^1са1 йге зеиегз]оита1 о/ Рогепзгс Зсгепсез 42(5), 879-83.

<< | >>
Источник: Дж. X. Стоун . Основы судебной психиатрии: Учебник Фолка. — Пер. с англ. — К.: Сфера,2008. - 340 с.. 2008

Еще по теме Глава 6Преступления против собственности и судебная психиатрия:

  1. Глава 6Преступления против собственности и судебная психиатрия