<<
>>

Влияние (роль) девиантных друзей на развитие расстройства поведения

Были предложены четыре теоретические модели относительно роли девиантных друзей в развитии делинквентности: влияния сверстников, индивидуальных характе­ристик, социального взаимодействия и смешанная.

В этом разделе в общих чертах бу­дет описана каждая из них.

Модель влияния сверстников

Модель влияния сверстников называлась по-разному (модель социального облег­чения, культуральной девиации, дифференциальной связи, или модель социализации) в зависимости от того, к какой литературе обратиться — психологической, социологи­ческой или криминологической. В этой модели девиантные друзья рассматриваются как причинный фактор развития делинквентности (СоЬеп, 1977; Е1ю1 е1 а1,1985; Мтзоп е1 а1, 1987; 8и1:Ьег1апс1, 1947). В соответствии с этой моделью предполагается, что не­эффективное воспитание приводит к общению с девиантными сверстниками, которые в свою очередь опосредуют связь между неэффективным воспитанием (или поведен­ческими проблемами детского возраста, связанными с неэффективным воспитанием) и последующей делинквентностью. В соответствии с принципами социального науче­ния делинквентное поведение инициируется под воздействием девиантных сверстни­ков, а продолжение и эскалация делинквентного поведения объясняются процессами моделирования или социального подкрепления со стороны сверстников с девиантны­ми ценностями, позициями и поведением (Акегз е1 а/., 1979; 8иШег1апс1, 1947). В под­тверждение модели влияния сверстников некоторые авторы показали, что большин­ство подростков, будучи вовлеченными в отношения с девиантными сверстниками, начинают демонстрировать делинквентное поведение (ЕШо1 е1 а1., 1989; Зипопз е% а1.,

1994) . Например, Е11ю1 и коллеги (1985) обнаружили, что связь с делинквентными сверст­никами была единственным фактором (исключая предшествующую делинквентность), который оказывал сильное влияние на последующую делинквентность. Эти результа­ты сохраняются у индивидов как мужского, так и женского пола, а также при незначи­тельно выраженной и серьезной делинквентности.

Аналогично, Со1е и коллеги (1995) использовали анализ дожития, чтобы продемонстрировать, что первый арест в млад­шем подростковом возрасте в группах девиантных сверстников происходит в период установления связи с девиантными сверстниками или после присоединения к ним. Еще одной иллюстрацией служит исследование, проведенное Кеепап и коллегами (1995), которые установили, что воздействие девиантных сверстников приводило к последую­щему вовлечению в делинквентное поведение мальчиков-подростков, прежде не обна­руживавших признаков такого поведения. ТЬошЬеггу и коллеги (1993) отметили, что члены группы несовершеннолетних делинквентов значительно чаще, чем подростки, не принадлежащие к таким группам, сообщали о делинквентном поведении только в те периоды времени, когда они были в составе этих групп, но не до присоединения к ним и не после выхода из них.

Модель индивидуальных характеристик

В модели индивидуальных характеристик (называемой также моделью социаль­ного контроля или отбора) девиантные друзья рассматриваются как сопутствующее явление, не выполняющее никакой (причинной) роли в развитии делинквентности. В соответствии с моделью индивидуальных характеристик предполагается, что анти­социальные или агрессивные формы поведения (которые могут быть следствием не­эффективного воспитания) самостоятельно приводят как к делинквентности, так и к объединению с девиантными сверстниками (ОоиГгеёзоп & ШгзсЫ, 1990). С этой точ­ки зрения подобное объединение является побочным продуктом поведенческих нару­шений и не помогает объяснить делинквентность. В действительности выбор девиант­ных сверстников в качестве друзей следует за началом девиантного поведения благодаря процессу взаимного влечения друг к другу детей, которые допускают или ценят такие позиции и поведение (Сашгз е( а1., 1988). По меньшей мере в двух иссле­

дованиях указывается на то, что объединение с девиантными сверстниками не про­гнозирует последующую делинквентность после внесения поправки на предшеству­ющее девиантное поведение.

Оме и коллеги (1995) установили (для индивидов обо­его пола), что агрессивность и предшествующая делинквентность в младшем подростковом возрасте прогнозировали последующую делинквентность (аресты по­лицией), при этом объединение с девиантными сверстниками не оказывало никакого влияния. Наоборот, агрессивность в среднем детском возрасте прогнозировала такое объединение. Таким же образом ТгетЫау и коллеги (1995) установили, что индиви­дуальные особенности друзей не способствовали связи между антисоциальным пове­дением в детстве и делинквентностью в среднем подростковом возрасте у мальчиков с общими друзьями в классе. Связь между присоединением к девиантным сверстни­кам и делинквентностью, по-видимому, обусловлена только их общей связью с ран­ним антисоциальным поведением. Как только вносилась статистическая поправка на раннее антисоциальное поведение, связь исчезала. Стоит отметить, что в обоих ис­следованиях, в которых не сообщалось о вкладе девиантных сверстников или девиант­ных друзей в прогнозирование делинквентности независимо от личностных особен­ностей, использовались выборки индивидов с низким социально-экономическим статусом. Как предполагали Со1е и коллеги (1995), многие проживающие в бедных районах испытуемые с низким социально-экономическим статусом были вовлечены в группировки, в которых, по меньшей мере, несколько членов имели серьезные проб­лемы. Многие испытуемые сами по себе вовлекались в агрессивное поведение. Таким образом, процентное соотношение группировок или друзей, которых можно было бы считать девиантными, в выборках с низким социально-экономическим статусом мо­жет быть высоким по сравнению с выборками представителей среднего класса. Высо­кая распространенность агрессии и объединения с девиантными сверстниками моша бы объяснить отсутствие влияния этих переменных на последующую делинквентность или на расстройство поведения.

Модели влияния сверстников и индивидуальных характеристик, несмотря на их ви­димые четко очерченные и противостоящие положения, взаимодополняют друг другу, позволяя отражать точки зрения с многочисленными нюансами в моделях социального взаимодействия и смешанной модели.

Например, Сойб-еёзоп и ШгесЫ (1990) высказа­ли предположение, что объединение с девиантными сверстниками, возможно, облегча­ет формирование делинквентности у индивидов, которые уже склонны к антисоциаль­ным формам поведениия. ЕШо* (1994) допускал, что вопреки тому, чего можно было бы ожидать в соответствии с моделью социального облегчения, у некоторых подростков делинквентность предшествовала объединению с девиантными сверстниками.

Недавно ЕИю* и Мепагё (1996) определили связанную с развитием последователь­ность, которая интегрирует элементы модели влияния сверстников и модели индивиду­альных характеристик. Сначала под влиянием делинквентных друзей инициируется лег­кая делинквентность. Затем вовлеченность в легкую делинквентность способствует дальнейшему объединению с друзьями с более тяжелыми формами делинквентного поведения. И наконец, вовлеченность в связь с очень делинквентными друзьями приво­дит к еще большей эскалации делинквентного поведения. Следовательно, возможно, что делинквентные друзья играют главную роль в инициировании незначительных про­явлений делинквентного поведения в младшем подростковом возрасте, а в среднем — в инициировании или эскалации в направлении к серьезной делинквентности.

Модель социального взаимодействия

В модели социального взаимодействия (называемой также моделью облегчения или социального усиления) присоединение (объединение) к девиантным сверстникам или к друзьям рассматривается как переменная-модератор ^зЫоп, 1990а, Ъ; Райегзоп е1 а1.,

1989) . Детям из группы высокого риска не нужны девиантные друзья, чтобы стать де­линквентами. Другими словами, антисоциальные или агрессивные дети устанавлива­ют связи с девиантными сверстниками и ищут окружение тех из них, кто приемлет девиантное поведение (Са1гпз е1 а1., 1988). Антисоциальные подростки, которые при­соединяются к девиантным сверстникам, становятся еще более девиантными. Следо­вательно, присоединение к девиантным сверстникам усиливает связь между ранним асоциальным поведением (обусловленным неэффективными методами управления се­мьей, усугубленным отвержением сверстниками и низкой успеваемостью в школе) и последующей делинквентностью. Дети из группы высокого риска могут стать делинк­вентами и без такого сплочения. Хотя подобное присоединение не является причин­ным, оно может упрощать путь к делинквентности. В соответствии с моделью соци­ального взаимодействия предполагается статистическое взаимодействие между свойствами личности (т. е. агрессивностю) и девиантностью сверстников при прогно­зировании последующих поведенческих расстройств или делинквентности. Кроме того, разрыв такого взаимодействия должен показать, что девиантность сверстников усугуб­ляет риск только или в основном у девиантных (т. е. агрессивных) детей. 01зЫоп и коллеги назвали процесс, посредством которого антисоциальные дети сплачиваются и взаимно социализируются в направлении к усилению делинквентности, совпадением характерных черт. Эта точка зрения сходна с позицией, высказанной ЕШой и Мепагс! (1996). Однако между этими двумя взглядами существует одно заметное различие. Оно связано с отправной точкой процесса взаимной и динамической социализации между индивидами и их друзьями. По мнению ЕШоН и Мепагс1 (1996), отправной точкой явля­ется влияние сверстников (главным считается процесс социализации под воздействи­ем девиантных сверстников). Наоборот, ОхзЬюп и коллеги считают отправной точкой особенности личности (и семьи) (первостепенное значение придается процессу выбо­ра субъектами себе подобных сверстников).

Таким образом, в соответствии с моделью социального взаимодействия начальным и наиболее важным прогностическим признаком последующей делинквентности ос­тается агрессивность детей. В подтверждение этой модели 81Шопз и коллеги (1994) установили, что у мальчиков младшего подросткового возраста с оппозиционно-вызы- вающим расстройством эта поведенческая характеристика прогнозировала их вовле­ченность в отношения с девиантными друзьями, которая в свою очередь прогнозиро­вала контакт с системой уголовного судопроизводства. Кроме того, эти авторы обнаружили взаимосвязь между оппозиционно-вызывающим поведением у детей и их присоединением к девиантным друзьям: вовлеченность в систему уголовного судо­производства была более высокой среди подростков с оппозиционно-вызывающим расстройством, имевших девиантных друзей. Сторонники модели социального взаи­модействия утверждают, что девиантные друзья подкрепляют и моделируют девиант­ные установки и поведение. Более того, антисоциальные подростки принуждают друг друга к девиантному поведению (ЭхзсЫоп е1 а1., 1994а, (Г).

Рагуег (1996) наглядно продемонстрировал, что уже в четырехлетием возрасте до­школьники объединяются в группировки на основе сходства поведенческих проявле­ний, таких как агрессивность и социальная компетентность. Более того, у тех, кто был вовлечен в дружеские отношения, обнаруживалось более агрессивное поведение. К сожалению, этот автор не смог оценить влияние такого объединения с агрессивными друзьями на последующую агрессивность, поскольку исследование было поперечным (одномоментным).

Тем не менее проведенное Рагуег (1996) исследование позволяет сделать один чет­кий вывод: в младшем и среднем подростковом возрасте уже слишком поздно выяснять взаимовлияние процессов отбора (через предпочтение сверстниками) и социализации (посредством влияния сверстников), пытаясь объяснить путь развития девиантного по­ведения, поскольку эти процессы, вероятно, идут с раннего детства. Самое большее, что мы можем сделать, это оценить отдельные части развивающейся системы взаимо­влияния благодаря относительно «узкому окну», которое открывают продольные ис­следования, проводимые в течение двух-трех лет (поперечные исследования предос­тавляют только мгновенные «снимки» и в этом отношении бесполезны). Другими словами, пытаясь выделить процессы, которые позволят найти отправную точку пути развития антисоциального поведения, необходимо провести продольные исследова­ния по изучению взаимодействий между сверстниками начиная с раннего детства. К сожалению, большинство исследователей изучали эти процессы тогда, когда они уже твердо установились, т. е. по достижении младшего и среднего подросткового возрас­та. Лишь в немногих исследованиях пытались рассмотреть этот процесс гораздо рань­ше, чтобы выявить его начальные признаки. При этом исследователям не удалось про­никнуть достаточно далеко в историю развития индивидов, или же они не использовали продольные методы исследования. Как предполагается сегодня, агрессивные дети ус­танавливают реципрокные паттерны взаимно поддерживающих взаимодействий, ко­торые помогают поддерживать и активизировать агрессивные-антисоциальные фор­мы поведения. Эта динамическая система взаимного влияния может быть действенной очень рано, фактически с того момента, как появляются первые социальные взаимо­действия, т. е. в младенчестве и в возрасте, когда дети начинают ходить.

Смешанная модель

Недавно У1*аго и коллеги (1997) предложили дополнительную альтернативную ин­терпретацию упомянутых моделей. Сторонники смешанной модели утверждают, что дети с повышенной агрессивностью, наблюдавшейся на протяжении всего детства (не­которых из них, по МоШИ (1993), называют делинквентами с ранним началом / со стойкой в течение жизни делинквентностью), станут ранними делинквентами в силу особенностей их личности (которые могут быть следствием влияния девиантных ро­дителей либо сибсов, жесткой дисциплины или некоторых других семейных факто­ров и темперамента, но без посреднической роли девиантных сверстников, согласую­щейся с моделью индивидуальных характеристик). У этих детей девиантные сверстники все же могут усиливать их первоначальную склонность к делинквентности. Для уме­ренно или периодически агрессивных детей (которых, по МоШи (1993), называют де­линквентами с поздним началом / с делинквентностью, ограниченной подростковым возрастом) влияние девиантных сверстников будет необходимым условием для того, чтобы стать делинквентами (это согласуется с моделью влияния сверстников). Чтобы стать делинквентами, им недостаточно иметь соответствующие особенности личное- ти (или другие семейные характеристики). Они нуждаются в поддержке девиантных сверстников. Таким образом, возможно, именно эти дети, для которых девиантные сверстники играют важную роль в младшем подростковом возрасте (для инициирова­ния делинквентности) и на протяжении всего подросткового периода (для эскалации девиантного поведения), могли бы иметь расстройство поведения с поздним началом или ограниченное подростковым возрастом. Другими словами, между агрессивными тенденциями у детей и агрессией их друзей должна быть криволинейная зависимость в прогнозировании агрессивного поведения детей. Дети с выраженной или с очень слабой предрасположенностью к агрессии будут вести себя соответственно агрессив­но или неагрессивно независимо от того, агрессивны ли их друзья. Однако дети со средним уровнем предрасположенности к агрессии продемонстрируют высокий или низкий уровень агрессии в зависимости от того, агрессивны ли их друзья.

Развитие расстройства поведения с поздним началом вследствие влияния девиант­ных сверстников особенно характерно для девочек. Это умозрительное утверждение основывается на данных о том, что (а) к подростковому возрасту распространенность нарушений поведения среди девочек такая же высокая, как и среди мальчиков, хотя в детском возрасте она была гораздо ниже (ТоссоНИо, 1993), и (б) у рано созревших девочек отмечается тенденция устанавливать связи с более старшими девиантными лицами мужско­го пола (Са$р1 ег а1, 1993; Ма^пиззоп е1 а1, 1985; 8аШп & Ма^пиззоп, 1990). Эти связи приводят к усилению нарушений поведения в течение подросткового возраста.

В некоторых отношениях смешанная модель пересекается с моделью влияния сверст­ников, когда концентрирует внимание на инициировании делинквентности у детей с умеренной или с периодической агрессивностью, которые являются кандидатами в поздние делинквенты. В других отношениях она совпадает с моделью индивидуаль­ных характеристик, когда рассматривается инициирование делинквентности у детей с выраженной и со стабильной агрессивностью, которые могли бы стать рано начавши­ми делинквентами. И наконец, эскалация делинквентности у детей с выраженной и со стабильной агрессивностью в период подросткового возраста будет больше соответ­ствовать модели социального взаимодействия.

Смешанная модель соответствует данным, опубликованным 81топз и соавторами (1994), которые указывают на то, что присоединение к девиантным сверстникам спо­собствовало формированию делинквентности у поздно начинающих делинквентов, а у рано начинающих оно выполняло роль модератора. В последнем случае нарушения поведения были наиболее сильным предиктором последующей делинквентности. В ис­следования, в которых сообщались данные, соответствующие модели влияния сверст­ников, возможно, включали главным образом кандидатов в поздние делинквенты. И наоборот, в исследованиях, результаты которых поддерживали модель индивидуаль­ных характеристик или модель социального взаимодействия (в обеих, объясняя начало делинквентности, первичными считают личностные особенности детей), по-видимому, изучали в основном выборки высокого риска с преобладанием ранних делинквентов. Следовательно, все теоретические точки зрения и лежащие в их основе механизмы раз­вития (влияние сверстников, предпочтение сверстников или усиление сверстниками), возможно, равносильны, но они могут не относиться к одним и тем же индивидам.

Смешанная модель помогает объяснить недавно опубликованные результаты ис­следований, проведенных Рег^иззоп и Ногшоос! (1996), которые установили, что влия­ние сверстников частично опосредует связь между ранними поведенческими пробле­

мами и делиньсвентностью. В то же время они обнаружили умеренную прямую связь между ранними поведенческими проблемами и делинквентностью. В разных группах испытуемых влияние могло быть разным. Для одних испытуемых влияние сверстников имело большое значение (для испытуемых с умеренно выраженным расстройством поведения и риском стать делинквентами в период, ограниченный подростковым воз­растом), для других дело обстояло иначе (для испытуемых с выраженным расстрой­ством поведения и риском стабильной делинквентности в течение жизни). Однако эти авторы не проверяли такую возможность. В конечном счете, действительно могло ока­заться, что различия между моделями социального взаимодействия и смешанной ско­рее кажущиеся, чем реальные, и являются следствием выбора метода, использованно­го сторонниками каждой точки зрения. В модели социального взаимодействия применяется главным образом подход, ориентированный на переменные, который по­казывает, что девиантные сверстники могут «глобально» опосредовать «глобальную» связь между индивидуальными особенностями и последующими поведенческими рас­стройствами. В этом случае термины «глобально» и «глобальная» обозначают то, что эти влияния в равной степени (т. е. линейно) касаются всех испытуемых выборки. В смешанной модели, наоборот, используется подход, ориентированный на отдельно­го испытуемого (Вег§шап & Ма^пиззоп, 1987). Этот метод больше подходит для анали­за процессов, представляющих интерес на уровне индивида: одни процессы способны воздействовать на одних, другие — на других, без необходимости «усреднения» про­цесса по отношению ко всем индивидам.

Вероятность того, что только некоторые типы детей восприимчивы к влиянию де­виантных друзей, может также объяснить, почему некоторые исследователи, прогно­зируя изменения в девиантных нормах или в проявлениях поведения подростков с те­чением времени, особенно если свойства характера друзей не оценивались с помощью самоотчетов подростков, обнаружили слабые или незначительные эффекты особенно­стей характера друзей (Ветск & КееГе, 1995; ОгаЬат е1 а1., 1991).

Однако некоторые результаты исследований, по-видимому, сложно привести в соот­ветствие со смешанной моделью. Например, Кеепап и коллеги (1995) обнаружили, что влияние девиантных сверстников на учеников четвертых и седьмых классов, прежде не имевших признаков делинквентности, в последующем приводило к началу дезоргани­зованных и делинквентных форм поведения. Однако все дети, у которых под влиянием девиантных друзей возникли дезорганизованные и делинквентные формы поведения, могли быть кандидатами в ограниченные подростковым возрастом делинквенты, так как ни у кого из них не было проявлений дезорганизованного поведения в начале иссле­дования. Следовательно, эти результаты отчасти подтверждают модель влияния сверст­ников и отчасти опровергают модель индивидуальных характеристик. Похожее предпо­ложение возможно относительно результатов, полученных ЕИю* и Мепагё (1996), изучавших только испытуемых, у которых в начале исследования не было признаков делинквентного поведения. ЕШоИ: (1994) сообщил, что наиболее вероятный путь к ини­циированию делинквентности у 11- и 12-летних неделинквентов начинается с объеди­нения с девиантными сверстниками. Этот путь оказался еще более значимым, когда рассматривалась серьезная делинквентность. И снова, хотя эти данные и подтверждают модель влияния сверстников, их можно относить только к детям, у которых к младшему подростковому возрасту еще не сформировались делинквентные формы поведения или экстернализованные нарушения, другими словами — к поздним делинквентам.

<< | >>
Источник: Дж. Хилл. Расстройства поведения детского и подросткового возраста. 2005

Еще по теме Влияние (роль) девиантных друзей на развитие расстройства поведения:

  1. 1.3. Убийство как крайняя форта агрессивного поведения серийных насильников
  2. Отклоняющееся поведение как результат научения
  3. 3. Парафилии и их роль в сексуальном насилии
  4. ПСИХОСЕКСУАЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ И ПОЛОВАЯ СОЦИАЛИЗАЦИЯ
  5. Предпосылки и динамика формирования зависимогопреступного поведения
  6. Глава 6Клиническая наркология
  7. ДЕВИАНТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ МОЛОДЕЖИ
  8. ГЛАВА 3 СЕКСУАЛЬНЫЙ ДИЗОНТОГЕНЕЗ И РАССТРОЙСТВА ПОЛОВОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ У ЛИЦ С АНОМАЛЬНЫМ СЕКСУАЛЬНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ
  9. ГЛАВА 5 НЕЙРОПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЛИЦ С ДЕВИАНТНЫМ СЕКСУАЛЬНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ
  10. Глава 8ПСИХОЛОГИЯ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ
  11. § 2. Расстройства личности
  12. § 4. Профилактика неврозов и расстройств личности
  13. АДДИКТИВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ
  14. ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ АДДИКТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ: ОБЗОР
  15. ГЛАВА 9* РАССТРОЙСТВА ЛИЧНОСТИ В БИОСОЦИАЛЬНОМ ОСВЕЩЕНИИ
  16. ГЛАВА 12. ПСИХОЛОГИЯ И ПСИХОПАТОЛОГИЯ АДДИКТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ
  17. Парафилии и коморбидные расстройства
  18. 5.2. Патобиологические предпосылки девиантной сексуальности
  19. Влияние (роль) девиантных друзей на развитие расстройства поведения
  20. Выводы