<<
>>

4. Смысл и ценности

Помимо совести, в качестве смысловых уни-версалий Франкл выделяет еще ценности. Это он объясняет тем, что всякое осуществление смысла в конечном счете направлено на реализацию ценностей, которые отражают глубинные стремления личности, относящиеся к сфере нравст-венных идеалов.

Все они по своему по своему содержанию всегда относительны, их формиро-вание зависит от множества самых разных фак- торов - социальных, исторических, политическихИ т. д.

В современной литературе утвердилось пред-ставление об иерархической структуре ценностей, не допускающей их рядоположенности или сово-купности. Считается, что «субъект ценности» должен пройти все этапы «нормальной эволю-ции», которыми и определяются «ранги» соот-ветствующих ценностей, а именно: неорганический, растительный, животный, человеческий и божественный. На каждом из этих этапов субъект-деятель должен последовательно: быть, быть живым, сознательным, разумным и, наконец, со-вершенным, достигнув абсолютной самоценностии полноты бытия в Царстве Божием97. В этой иерархии, естественно, ценностное значение человека измерялось его отношением к высшему существу, Абсолюту.

Подобное воззрение на ценности было со-вершенно неприемлемо для Франкла. Поскольку проблема ценностей берется им в разрезе смыс-лоискания, то он считает ненужным «рассматривать отношения между логотерапией и теологи-ей»98. Ценности логотерапии приемлемы сами по себе, независимо от того, исповедует человек ре-лигиозное вероучение или нет. Они не могут быть иерархизированы, ибо «вытекают не из мо-ральных или этических предписаний, а из эмпи-рического и фактического описания того, что происходит в человеке, когда он оценивает соб-ственное поведение или поведение другого». «Логотерапия, - добавляет Франкл, - основыва-ется на утверждениях о ценностях как фактах, а не на суждениях о фактах как ценностях»99.

Он строит собственную систему ценностей, подразделяя их на три категории: а) ценности творчества; б) ценности переживания и в) цен-ности отношения.

«Этот ряд, - пишет Франкл, - отражает три основных пути, какими человек может найти смысл в жизни. Первый - это что он дает миру в своих творениях; второй - это что он берет от мира от мира в своих встречах и переживаниях; третий - это позиция, которую занимает по отношению к своему тяжелому положению в том случае, если он не может изменить свою тяжелую судьбу. Вот почему жизнь никогда не перестает иметь смысл, потому что даже человек, который лишен ценностей творчества и переживания, все еще имеет смысл своей жизни, ждущий осуществления, - смысл, содер-жащийся в праве пройти через страдание, не сги-баясь»100.

Приоритет принадлежит ценностям созидания, творчества. Основным способом их реализа-ции служит труд. Смысл и ценность труда на-прямую связан с тем вкладом, который человек вносит в жизнь общества, а вовсе не от занятия трудом как таковым. Пока творческие ценности или их реализация находятся на переднем плане жизненных задач, область их конкретного во-площения совпадает в основном с профессио-нальной деятельностью. Однако часто мы не видим за профессией самого дела, его результатов. Поэтому не всякая профессия позволяет человеку реализовать свои возможности; «она лишь дает для этого шанс»101.

Франкл подчеркивает, что отношение человека к своей профессиональной деятельности как к возможному полю реализации ценностей творчества и личностной самореализации может значи-тельно искажаться из-за господствующих усло-вий труда. При таких обстоятельствах работа, ко-нечно, может восприниматься как средство для добывания денег, необходимых для собственного существования. Само же собственное существо-вание начинается в этом случае лишь в свободное время, смысл лежит в его свободном личном наполнении. Вместе с тем, Франк считает, что ценности творчества, будучи естественными и важными, вовсе не обязательно являются необ-ходимыми.

Следующая группа ценностей - ценности пе-реживания - связаны с внутренне обогащающим человека восприятием мира, например, красоты природы или произведений искусства.

Они также могут наполнить смыслом жизнь человека. Акту-альный смысл определенного мгновения челове-ческого существования может быть реализован в простом переживании, вне всякого действия и вне всякой активной ценностной реализации.

Франкл предлагает в качестве примера провести следующий мысленный эксперимент. Пред-ставьте себе, говорит он, что человек, любящий музыку, сидит в концертном зале, в его ушах звучат прекрасные звуки любимой симфонии, и он испытывает тот трепет, который возникает при восприятии чистейшей красоты; далее, пред-ставьте, что этому человеку в этот момент задают вопрос, имеет ли смысл его жизнь? Можете не сомневаться в ответе: человек скажет, что благодаря этому моменту его жизнь оправдана. И он будет прав, ибо смысл жизни определяют ее вер-шинные моменты, и одно такое мгновение может наполнить бытие индивида высочайшим смыслом. И отныне «вряд ли его жизнь когда-либо в будущем может стать совершенно бессмысленной после такого переживания»102.

Мгновения ценностного переживания могут сохранять свое непреходящее значение во всей последующей жизни человека, удерживая его на грани осмысленного существования. Франкл подтверждает это на собственном примере, когда он в концлагере воображал себя читающим лекции, бывшие для него всегда источником повы-шенного возбуждения и радости: «И вот тут-то я использую свой прием: в следующее мгновение я вижу себя стоящим на кафедре в большом, ярко освещенном, красивом, теплом зале. Я делаю доклад - и публика, сидящая передо мной в уютных, мягких креслах, заинтересованно слушает... Этот прием помогает мне подняться мысленно над действительностью, рассматривать ее так, как будто она уже в прошлом, уже миновала, а сам я со своими страданиями стал уже объектом интереснейших психологических исследова-

« 103

нии, мною самим предпринятых» .

Из числа ценностей переживания Франкл наиболее подробно останавливается на любви, которая обладает самым богатым ценностным потенциалом.

Стоит вспомнить, что ценность любви как высочайшей способности человека осознается преимущественно в Новое время.

Если обратиться к библейской традиции, то мы увидим, что в ней для любви в собственном смысле не было места; она, разумеется, встречается в Библии, но лишь как факт самостоятельный, а не как орудие христогонического процесса. В самом деле, Священная книга не говорит, женился ли Авраам на Сарре в силу пламенной любви; но во всяком случае Провидение ждало, когда эта любовь со-вершенно остынет, чтобы от столетних родителей произвести дитя веры, а не любви. И так по всей Библии: все «богоотцы», предшествовавшие рождению Мессии, производили причастное ему по-томство в старческом возрасте, когда уже пред-ставление о смысле любви утрачивало для них всякое реальное значение. Так, сын Иакова Иуда на старости лет соединился со своей невесткой Фамарью, и так вне любви родились Зара и Фа-рес; прадед царя Давида, престарелый Бооз, сочетается с моавитянкой Руфью; да и сам Давид, будучи уже не первой молодости, не от настоящей глубокой любви, а только от случайной греховной страсти родил Соломона. Словом, библейская история происхождения Мессии оценивает любовь не как самостоятельное благо, которое заслуживает поощрения и внимания, а как нечто случайное и чуждое действительному раз-витию жизни104.

Несколько изменяется понимание сущности любви в учении Евангелия. Здесь любовь начинает осознаваться как высшее достоинство человека, но не в связи с личностью самого человека, а в соотнесении его с Богом. В первом послании апостола Иоанна сказано: « Возлюбленные! Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога; и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога; потому что Бог есть любовь. Любовь Бо-жия нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через него... Бог есть любовь, и пребы-вающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4; 7-9, 16). Из этих логий следует, что лю-бовь - это вообще дарованная Богом жизнь; при-чем, сама эта жизнь воспринимается не в ее ре-альной форме, а в стремлении человека в по-смертному воскресению. Она не предназначена для продления и существования земной жизни («Не любите мира, ни того, что в мире»), и потому Христос, как выразился один русский мыслитель, «не посадил дерева, не вырастил из себя травки; и вообще он «беззерна мира», без - ядер, без - икры; не травянист, не животен; в сущности - не бытие, а - почти призрак и тень; каким-то чудом пронесшаяся по земле»105.

Эта отчужденность любви от земного человека впервые преодолевается в секуляризованной культуре Нового времени.

Любовь становится тем, что определяет благородство и высшее значение личности. Особая заслуга здесь принадле-жит Фридриху Ницше. Он провозглашает лич-ностный критерий любви, освобождая ее от тео-логического привеска. «Прежде величайшим пре-ступлением была хула на Бога, - говорит его За-ратустра, - но Бог умер, и эти преступления умерли вместе с ним. Теперь же самое ужасное преступление - хулить землю и чтить непости-жимое выше смысла земли!»106.

Следовательно, и любить можно только кон-кретного, самой земной жизнью произведенного человека, того, кто, во-первых, «всегда исполняет больше, чем обещал» и, во-вторых, «чья душа переполнена настолько, что он забывает себя и вмещает в себя все вещи»107.

В русле этой ницшеанской парадигмы любви и разворачивается концепция Франкла. Он трак-тует любовь как взаимоотношение ноэтического, духовного свойства, как то, что требует смыслового измерения. Любовь - это переживание, свя-занное с возвышением другого человека, с признанием его неповторимости, уникальности.

Франкл вдохновенно констатирует: «Любовь - не только милость, но и волшебство. Для лю-бящего человека она придает миру дополнительную ценность. Любовь повышает у любящего восприятие шкалы ценностей. Она раскрывает человеку мир во всей его ценностной полноте. В своей преданности любимому любящий внутренне обогащается: весь мир становится для него шире и глубже, он расцветает под лучами тех ценностей, который видит лишь любящий; ведь известно, что любовь делает человека не слепым, а зрячим - ценностно зрячим. Наряду с милостью быть любимым и волшебством любви существует еще и третий момент - чудо любви. Ведь благодаря ей совершается нечто непостижимое, а именно то, что на окольном пути через биологи-ческое в жизнь вступает новая личность, в свою очередь также полная тайны, единственности и неповторимости своего существования: ребе-нок!»108.

В концлагере самым спасительным для Франклабыло воспоминание о любимой жене Тилли.

<< | >>
Источник: Замалиева С.А.. Человек все решает сам. Логотерапия и экзистенциальная антропология Виктора Франкла. — СПб.: Университетская книга,2012. — 142 с.. 2012

Еще по теме 4. Смысл и ценности:

  1. 1. Воля и смысл
  2. 4. Смысл и ценности
  3. § 6. СМЫСЛ ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ
  4. ВОЛЯ К СМЫСЛУ
  5. СМЫСЛ ЖИЗНИ
  6. ДИНАМИКА И ЦЕННОСТИ
  7. ВОЛЯ К СМЫСЛУ
  8. СМЫСЛ ЖИЗНИ
  9. ДИНАМИКА И ЦЕННОСТИ
  10. О смысле страдания.
  11. Что такое смысл
  12. Страдания отбессмысленностижизни
  13. Страдания отбессмысленностижизни
  14. Семантическое пространство и проблемы смыслообразования
  15. Молодость как социально-историческая категория. Границы возраста. Развитие личности в молодости. Выстраивание системы жизненных ценностей и смысложизненных ориентации. Становление индивидуального жизненного стиля. Кризис молодости. Социальная активность в молодости. Человек для самого себя и для других. Любовь, брак, создание семьи. Профессиональное са-моопределение и обретение нового социального статуса.