<<
>>

Другое возражение пирронистов против достоверности истин, познаваемых с помощью органов чувств. Ответ на это возражение и о предосторожностях, которые следует соблюдать, чтобы убедиться в правдивости органов чувств

Хотя возражение против достоверности чувственных истин (о чем я говорил ранее) представляется довольно убедительным, однако те, кто выдвигает это возражение, стараются еще подкрепить его обычным житейским правилом: пе следует доверять тому, кто хоть раз вас обманул.
Таким образом, только один случай, когда ощущения обманули, считается достаточным, чтобы совершенно отказать им в достоверности.

В. В. не может не согласиться с тем, что, если это возражение было бы справедливым, все человеческое общество оказалось бы разрушенным до основания. Чтобы опровергнуть это возражение, я хочу отметить следующее: прибегая к двум другим источникам знаний, мы сталкиваемся с такими же, а подчас и с большими затруднениями. Сколько раз нам приходилось ошибаться в умозаключениях? Я даже осмелюсь утверждать, что рассуждение вводит в обман значительно чаще, чем ощущения. Но следует ли из этого, что рассуждение обманывает нас всегда и что мы не можем быть уверенными ни в одной истине, добытой рассудочным путем? Следовательно, приходится сомневаться, что дважды два — четыре или что три угла треугольника в сумме равны двум прямым углам; было бы даже нелепо выдавать это за истину. Однако, хотя люди часто ошибаются в своих рассуждениях, это не препятствует существованию множества интеллектуальных истин, в которых мы абсолютно уверены. То же самое можно сказать и о третьем источнике наших знаний, который, без сомнения, ведет к наибольшему числу ошибок. Сколько раз нас обманывали ложные слухи или ложное сообщение о каком-нибудь событии? И кто стал бы верить всему тому, что пишут газетчики или историки? Однако тот, кто заявляет, что все сообщенное или рассказываемое другими — ложно, заблуждается еще больше, нежели тот, кто будет верить всему. Таким образом, несмотря на все ложные сообщения и ложные свидетельства, мы уверены в истинности множества фактов, хотя они стали нам известны только благодаря сообщениям, полученным от других людей.

Существуют некоторые характерные признаки, позволяющие нам распознать истину, и они присущи каждому из трех источников знаний.

Если из-за обмана зрения я принял одного человека за другого, то тотчас же смогу убедиться в своей ошибке. Отсюда явствует, что в действительности существуют особые способы предотвратить ошибку. Ибо если бы их не было, то нам никогда бы не удавалось заметить свою ошибку. Следовательно, те, кто утверждает, что мы постоянно ошибаемся, вынуждены признать нашу неспособность обнаружить ошибку, либо им следует признать, что ошибаются они сами, ставя нам в упрек наши заблуждения. Замечательно, что истина столь твердо установлена, что и те, кто испытывает непреодолимое желание сомневаться во всем, волей-неволей должны к ней прийти. Подобно тому как логика предписывает правила рассуждения, оберегающие нас от ошибок в отношении интеллектуальных истин, существуют столь же неоспоримые правила как для первого источника — чувственных истин, так и для третьего источника — истин веры.

Правила, относящиеся к первому источнику, для нас естественны настолько, что все люди, не исключая даже самых тупых, понимают их и применяют на практике, причем делают это лучше, чем сумели бы их описать ученейшие люди. Хотя и нетрудно ввести иногда в заблуждение крестьянина, тем не менее, когда град уничтожил его посевы или когда молния ударила в его гумно, самый искусный философ не сумеет его убедить в том, что то была всего лишь иллюзия; всякий здравомыслящий человек знает, что крестьянин прав и что он не всегда поддается обману чувств. Философ, вероятно, может смутить кресть- янина настолько, что тот не будет в состоянии ему ответить, но в глубине души он посмеется над всеми его рассуждениями. Довод, что чувства нас иногда обманывают, произведет весьма слабое впечатление на ум крестьянина, и если начнут ему доказывать со всей силой красноречия, что все представляемое нашими органами чувств столь же нереально, как и наши сновидения, то это вызовет у него только смех. Но если крестьянин в свою очередь захочет стать философом и утверждать, что бальи не более как призрак и что безумцы те, кто видит в нем реального человека и подчиняется ему, то вся эта возвышенная философия тотчас пойдет прахом; главе философской секты придется почувствовать на себе силу доказательств, посредством которых бальи убедит его в реальности своего существования.

Итак, это должно убедить В.

В. в том, что в сфере ощущений существуют определенные признаки, которые не оставляют нам ни малейшего сомнения в реальности и истинности того, что мы познаем посредством органов чувств; эти особенности столь хорошо известны и так глубоко запечатлелись в нашей душе, что мы никогда не ошибаемся, если принимаем необходимые предос-торожности. Однако трудно перечислить эти признаки и объяснить их природу. Обычно говорят, что органы чувств должны находиться в надлежащем состоянии; воздух должен быть прозрачным и не затуманен, необходимо проявить должное внимание к объекту и в особенности постараться изучить один и тот же объект одновременно с помощью двух или нескольких органов чувств. Но мне кажется, что каждый человек в действительности следует правилам более надежным, нежели те, которые могут ему предписать.

11 апреля 1761 г.

<< | >>
Источник: Леонард ЭЙЛЕР. ПИСЬМА К НЕМЕЦКОЙ ПРИНЦЕССЕ. Издательство «Наука», 2002 © Российская академия наук и издательство «Наука»,серия «Классики науки» (разработка, оформление), 2002. 2002

Еще по теме Другое возражение пирронистов против достоверности истин, познаваемых с помощью органов чувств. Ответ на это возражение и о предосторожностях, которые следует соблюдать, чтобы убедиться в правдивости органов чувств:

  1. Другое возражение пирронистов против достоверности истин, познаваемых с помощью органов чувств. Ответ на это возражение и о предосторожностях, которые следует соблюдать, чтобы убедиться в правдивости органов чувств