<<
>>

ИЗУЧЕНИЕ ВЗАИМОСВЯЗИ ЛИЧНОСТНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК ЖЕН БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ И ОСОБЕННОСТЕЙ ИХ СОЗАВИСИМОГО ПОВЕДЕНИЯ

При использовании методики ЛИРИ у большинства женщин по ряду шкал личностного профиля выявлены высокие оценки, свидетельствующие об акцентуации личностных свойств и трудностях адаптации в межличностном общении.

Причем у 20% женщин эти оценки достигали уровня патологии (преимущественно 8, 5, 6 шкалы). И только у 20% исследованных женщин по всем шкалам отмечены оценки, свидетельствующие об адаптивном варианте доминирующего типа поведения. Частота показателей адаптивного и дезадаптивного поведения по шкалам ЛИРИ представлена в таблице 4.

Таблица 4

Выраженность адаптивного и дезадаптивного типов поведения у созависимых жен больных алкоголизмом Шкалы ЛИРИ Адаптивные оценки, % Дезадаптивные оценки,

% Патологические оценки,

% 1 82 14 4 2 88 12 0 3 82 12 6 4 80 20 0 5 60 32 8 6 68 28 4 7 48 52 0 8 36 48* 16

Из таблицы видно, что наиболее высокий уровень типов дезадаптивного поведения выявляется по восьмой шкале, причем в 16% случаев они достигают уровня патологии. Лица, имеющие высокие оценки (выше 8 баллов) по восьмой шкале характеризуются повышенной ответственностью и неадекватным принятием ответственности других на себя. Следующая шкала по частоте высоких оценок — седьмая. Она свидетельствует о сверхкомп- ромиссности индивида в поведении, стремлении удовлетворить требования всех без учета ситуации. Следующие по частоте выявления дезадаптивных типов поведения — пятая и шестая шкалы. Высокие оценки по этим шкалам характеризуют жен больных алкоголизмом как покорных, склонных выполнять чужие обязанности, избыточно самокритичных, конформных, нуждающихся в помощи, зависимых и тревожных. Превалирование высоких оценок по пятой, шестой и седьмой шкалам методики ЛИРИ характеризует женщин как подчиняемых индивидов. Высокие оценки по первой и третьей шкалам у ряда жен больных алкоголизмом характеризовали их как склонных к лидерству, переоценке своих возможностей, несдержанных, агрессивно-недружелюбных.

У большинства жен с высоким уровнем эмоциональных паттернов созависимости выявлялись высокие оценки по двум-трем и более шкалам методики ЛИРИ (максимально по семи шкалам).

При этом отмечались преимущественно сочетания восьмой, первой и третьей шкал, а также пятой и шестой шкал. При низком уровне эмоциональных паттернов созависимости высокие оценки отмечались лишь по одной или двум шкалам (преимущественно седьмая шкала или сочетание седьмой и восьмой шкал).

Высокий уровень поведенческого аспекта созависимости был сопряжен с высокими (до патологии) оценками по восьмой и пятой шкалам, а также с высокими оценками по третьей и четвертой шкалам или при сочетании седьмой и восьмой или восьмой и первой шкал. При низком уровне поведенческого паттерна созависимости оценок дезадаптивного поведения практически не отмечалось.

При корреляционном анализе выявлена положительная связь интегрального показателя созависимости с личностными характеристиками протек- тивно-покровительствующего типа (восьмая шкала), г = 0,4115, и уровнем ситуативной и личностной тревожности, г = 0,5054 и г = 0,4159 соответственно. Эмоциональный аспект созависимого поведения оказался положительно связанным с личностными характеристиками протективно-покрови- тельствующего типа (8-я шкала, г = 0,3697) и конформного типа (5-я шкала, г = 0,3294), а также показателями ситуативной и личностной тревожности (г = 0,4977 и г = 0.4326) и показателями депрессии шкалы Зунга (г = 0,3176). Тенденцию к сохранению высокого уровня эмоционального паттерна созависимости в ремиссии при снижении поведенческих характеристик созависимости обнаруживали женщины конвенционально-сотрудни- чающего типа (7-я шкала, г = 0,2245).

Поведенческий аспект созависимого поведения также, как и интегральный показатель созависимости, обнаруживает положительную корреляционную связь с личностными свойствами по восьмой шкале методики ЛИРИ (г = 0,4005), уровнем ситуативной (г = 0,5118) и личностной тревожности (г = 0,3110). Тенденцию к сохранению высокого уровня поведенческого паттерна созависимости при снижении эмоционального показателя созависимого поведения в ремиссии показывали жены, личностные свойства которых относились к прямолинейно-агрессивному типу (3-я шкала, г = 0,2200).

Не отмечалось заметной динамики созависимого поведения в ремиссии при наличии у женщин качеств скептически-недоверчивого типа (4-я шкала, г = 0,3410) и протективно-покровительствующего типа (8-я шкала, г = 0,2463).

Таким образом, данные исследования позволили уточнить роль отдельных личностных характеристик женщин в структуре и динамике созависимого поведения у жен больных с алкогольной зависимостью. Они подтвердили также клинические наблюдения о взаимосвязи актуального психического состояния женщин и выраженности их созависимого поведения. Результаты настоящего исследования могут быть использованы для разработки дифференцированных программ по коррекции созависимого поведения у жен больных алкоголизмом.

Характеристики копинг-поведения у созависимых жен больных алкоголизмом

Исследование копинг-стратегий созависимых жен больных алкоголизмом выявило ряд существенных отличий от здоровых испытуемых. Так, жены больных алкоголизмом гораздо чаще, чем жены здоровых использовали в эмоциональной сфере такой механизм совладания, как оптимизм (65,3% против 42,0%), и в меньшей степени, чем здоровые, в поведенческой сфере они использовали конструктивную активность (13,0% и 42,0% соответственно). Вместе с тем, у созависимых жен больных алкоголизмом был выявлен обширный диапазон стратегий совладающего поведения в преодо-лении алкогольного конфликта.

В поведенческой сфере для исследуемых женщин было характерно широкое использование стратегий социальной поддержки. Более половины женщин выбирали этот вид совладающего поведения. Однако, наряду с использованием адаптивных способов преодоления стресса в форме обращения к поддержке (56,5%) и сотрудничества (22,0%) достаточно часто встречались дезадаптйвные варианты совладающего поведения, в частности отступление (43,6%). Можно было также отметить одинаковое по частоте использование женами противоположных стратегий: конструктивной активности и избегания в разрешении проблем (по 13% случаев соответственно).

В эмоциональной сфере для созависимых жен больных алкоголизмом было характерно также использование как адаптивных, так и дезадаптивных механизмов совладающего поведения.

Наибольшим предпочтением пользовался такой механизм, как оптимизм (к нему прибегали 65% испытуемых женщин). Но определенная часть женщин использовала и дезадаптйвные варианты совладающего поведения: покорность (30%), подавление эмоций (26%) и самообвинение (17%).

В когнитивной сфере совладающего поведения можно было констатировать достаточно частое использование адаптивных стратегий, направленных на разрешение личностных трудностей, связанных с алкогольным конфликтом в семье. Жены пациентов достаточно часто сохраняли самообладание (60%), использовали проблемный анализ (40%) и устанавливали собственную ценность (30%). Но вместе с этим для них были характерны

и такие особенности совладающего поведения, как растерянность (39%), смирение (22%) и религиозность (17%), то есть стратегии поведения, не направленные на преодоление трудностей.

В целом соотношение адаптивных и дезадаптивных вариантов копинг- поведения в поведенческой, когнитивной и эмоциональной сфере созависимых жен больных алкоголизмом не позволяет однозначно оценивать их способы разрешения личностных и межличностных конфликтов. Можно лишь отметить некоторые тенденции, которые переходят в значимые различия при сравнении подгрупп жен с высоким и низким уровнем созависимости.

При высоком уровне созависимости достоверно возрастает число дезадаптивных механизмов совладающего поведения в поведенческой (36% против 17%) и когнитивной (70% против 17%) сферах (р= 0,05). Интегральный показатель созависимого поведения находится в положительной корреляционной связи с показателями дезадаптивного эмоционального (г = 0,3968), когнитивного (г = +0,3391) и поведенческого (г = +0,2913) копинг-пове- дения. Уровень эмоциональных паттернов созависимого поведения также связан с одновременным наличием дезадаптивных вариантов копинг-стра- тегий в эмоциональной (г = +0,3888), когнитивной (г = +0,3075) и поведенческой (г = +0,2182) сферах. Уровень поведенческих паттернов созависимости положительно связан с наличием дезадаптивных вариантов коп- инг-стратегий в когнитивной сфере (г = +0,4578).

Таким образом, исследование копинг-поведения жен больных алкоголизмом показало, что они имеют достаточные ресурсы для разрешения алкогольной проблемы в семье.

Однако обладая характерным для большинства из них оптимизмом, они реже здоровых склонйы конструктивно менять настоящее. Наличие дезадаптивных стратегий в эмоциональной, когнитивной и поведенческой сфере совладающего поведения женщин прямо связано с выраженностью их созависимого поведения. Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что уровень поведенческого паттерна созависимого поведения определяется наличием дезадаптивных вариантов в когнитивной сфере совладающего поведения. Эти данные подчеркивают важность когнитивных механизмов в формировании феномена созависимого поведения и требуют соответствующей направленности коррекционных мероприятий.

Важными факторами, способствующими стабильности терапевтических ремиссий, являются высокий уровень адаптации больных и эффективность противорецидивного лечения, направленного на купирование аутохтонного или ситуационно обусловленного ПВА (Александрова Н. В., 1984; Каю- мов Б. П., Мирошниченко Л. Д., 1989; Ерышев О. Ф., Рыбакова Т. Г., Балашова Т. Н., 1989). Вместе с тем известно, что поскольку ПВА является глубинным уровнем мотивации, т. е. начальным этапом мотивационного процесса, оно нередко не осознается, что создает известные трудности при решении вопросов профилактики рецидивов. Семья обычно является первым индикатором актуализации ПВА, поэтому идентификация патологического влечения к алкоголю не только больным, но и членами его семьи имеет большое значение в профилактике рецидивов.

Проведенное совместно с А. Ю. Дмитриевой и С. В. Цыцаревым исследование по выявлению поведенческих референтов актуализации ПВА у больных алкоголизмом в ремиссии по оценке их женами показало, что эти оценки в первую очередь связаны с особенностями личности жен и типом семейных отношений. Выявлены два типа супружеских конфликтов, предшествующих развитию заболевания: конфликт, в котором лидером являлась жена, и конфликт, в котором лидером был муж. В первом случае жена обладала следующими личностными особенностями: зрелость, уравновешенность, практичность, доминантность, напряженность (фрустрированность).

При втором типе конфликтов жена обнаруживала такие личностные особенности, как покорность, зависимость, несамостоятельность, низкий интеллект. В бесконфликтных семьях жены отличались также покорностью и зависимостью, которые у них сочетались с проницательностью, умением вести себя холодно и рационально. Изначально устойчивый и напряженный супружеский конфликт, независимо от его типа, отрицательно влиял на способность жены к адекватной оценке ПВА у мужа. Только при целенаправленной беседе у таких жен можно было выявить изменения в состоянии мужа перед рецидивом. Следует отметить, что поведенческие референты ПВА у больных алкоголизмом в ремиссии различались у них соответственно типам мотивации обращения к алкоголю (Бокий И. В., Цыцарев С. В., 1987). Но для всех больных вне зависимости от типа мотивации обращения к алкоголю общими признаками актуализации ПВА в ремиссии являлось усиление аффективных нарушений и эмоциональной неустойчивости, при-водящее к повышению уровня конфликтности в семье. Кроме того, почти у всех больных обнаружено снижение круга интересов, в первую очередь, к делам семьи, появление замкнутости, отчужденности во взаимоотношениях с близкими, ослабление критического отношения к алкоголизации.

Поскольку в структуре противорецидивных мероприятий меры, направленные на купирование ПВА, занимают важнейшее место, возникает необходимость научения супружеских пар распознаванию признаков возобновления ПВА. Данные, полученные в этом исследовании, могут способствовать решению этой задачи при индивидуальной и семейной психотерапии больных.

В связи с задачами изучения эффективности комплексного противоре- цидивного лечения проводилась оценка влияния социально-психологических факторов на успешность (или снижение эффективности) лечения больных алкоголизмом, которая оценивалась по формированию стойких и длительных ремиссий (или отсутствию таковых).

Изучались результаты стационарного лечения (они у всех пациентов были примерно идентичными): непосредственная характеристика статуса больного при завершении лечения и в его дальнейшей динамике; взаимосвязь между клинической характеристикой статуса и уровнем социальной адаптации больных; взаимосвязь между характером семейных и производственных отношений пациентов и отдаленными (в течение года и более) результатами терапии; сравнивались также результаты прежнего лечения и терапии, проводимой в отделении лечения алкоголизма Психоневрологического института имени В. М. Бехтерева.

Результаты исследования показали, что между уровнем социальной адаптации больного и наличием основного симптома алкогольной зависимости — патологического влечения к алкоголю — при выписке пациента из стационара обнаруживается определенная взаимосвязь. Оказалось, что отсутствие ПВА у пациента после лечения сопряжено с достижением компенсации в семейных и супружеских отношениях (р< 0,05). В первые 6 месяцев ремиссии появление влечения к алкоголю было достоверно связано с напряженностью в семейных отношениях (р< 0,05). Кроме этого, была обнаружена взаимосвязь между удовлетворенностью больного характером отношений в семье и оценкой его установки на трезвость после лечения (р< 0,05). После завершения противоалкогольного лечения на этапе стабилизации ремиссии прогностически значимыми в формировании продолжительных ремиссий факторами являются нормализация семейных и супружеских отношений, а также отсутствие напряженности в сферах общения и производственных отношений (р< 0,05). В первые 6 месяцев трезвости значимые различия между больными с длительными (более 1 года) и короткими (до 6 месяцев) ремиссиями в прошлом выявлялись в уровне адаптации в сфере общения и супружеских отношений (р< 0,05).

Дальнейшее изучение роли семейного фактора в стабилизации ремиссии показало, что длительность ремиссии после противоалкогольного лечения была положительно связана с такими аспектами семейной жизни, как полная удовлетворенность семейными отношениями (р< 0,05), спокойные семейные отношения (р< 0,05), положительное отношение больного к матери (р< 0,05) и теплые взаимоотношения с ней (р< 0,05). Продолжительные терапевтические ремиссии отмечались также достоверно чаще у больных с выраженной потребностью в семейном образе жизни (р< 0,05) и полной удовлетворенностью семейными отношениями (р< 0,05), имеющих хорошие отношения с матерью (р < 0,05). При этом влияние семейного фактора на всем протяжении изученного отрезка ремиссии (до 2-х лет) преобладало над производственными и другими социальными факторами.

Результаты исследования еще раз указывают на важность учета семейного фактора в формировании ремиссий (или возникновении рецидивов) и диктуют необходимость обязательного включения семейной психотерапии в комплексную лечебно-восстановительную программу.

<< | >>
Источник: Ерышев О.Ф., Рыбакова Т.Г., Шабанов П.Д.. Алкогольная зависимость: формирование, течение, противорецидивная терапия. — СПб.: Издательство «ЭЛБИ-СПб»,2002. — 192 с.. 2002

Еще по теме ИЗУЧЕНИЕ ВЗАИМОСВЯЗИ ЛИЧНОСТНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК ЖЕН БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ И ОСОБЕННОСТЕЙ ИХ СОЗАВИСИМОГО ПОВЕДЕНИЯ:

  1. ИЗУЧЕНИЕ ВЗАИМОСВЯЗИ ЛИЧНОСТНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК ЖЕН БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ И ОСОБЕННОСТЕЙ ИХ СОЗАВИСИМОГО ПОВЕДЕНИЯ
  2. Глава 6. Психотерапия наркологических больных И.В.Белокрылое, И.Д.Даренский, И.Н.Ровенских
  3. Глава 9. Реабилитация наркологических больных Т.Н.Дудко[3]
  4. Созависимость при алкоголизме