<<
>>

Крах системы культурного воспроизводства: пример книгоиздания

Поскольку смысловой состав европейских культур новейшего времени в максимальном его семантическом, временном, пространственном разнообразии и дифференцированности воспроизводят книги, книжный тип коммуникации, остановлюсь несколько подробней на данных о динамике книгоиздания в России 1990х гг.

46 ООО вышедших в 1998 г. названий книг и брошюр составляют в расчете на 1 миллион населения 314 изданий. Этот фундаментальный показатель, в принципе характеризующий творческий потенциал общества, многообразие его возможностей и запросов, вырос за два последних года (в 1996 г. он составлял 245 книг; добавлю, что в деревенской, неграмотной России 1913 г. на миллион жителей выходило 240 названий книг). Сегодня он, после заметного падения в первой половине 1990х гг., вернулся к уровню начальных лет перестройки в СССР (тогда он составлял порядка 300 книжных изданий на миллион жителей). Однако этот интегральный показатель попрежнему вдвоевтрое уступает соответствующему параметру в современных развитых странах Запада, где и запас уже накопленного, книг, изданных в предшествующие годы и десятилетия, конечно же, намного богаче .

Общая тенденция в отечественном книгоиздании 1990х гг. – заметное сокращение количества названий, т. е. разнообразия и специализации образцов (на треть для естественнонаучной литературы, наполовину – для технической, более чем наполовину – для искусствоведческой), но гораздо более резкое падение тиражей – иными словами, сокращение авторитетности каждого образца, включая давно признанные и апробированные (наследие, классику). Даже при сохранении прежнего числа названий для политической, социальноэкономической книги и при росте этого показателя для книг по филологии или для беллетристики (здесь продукция 1996 г. составила 126 % и 136 % к уровню 1990 г.) тиражи книг по трем этим разделам составили в 1996 г., соответственно, лишь 28 %, 31 % и 25 % от показателей 1990 г., тогда как для технической литературы – 15 %, естественнонаучной – 13 %, искусствоведческой – 11 %.

В целом репертуар названий научной книги достиг в 1996 г. 63 % от 1990 г. (совокупный тираж – 21 %); для производственной книги эти показатели составили 32 % и 13 %, а у научнопопулярной и справочной книги, почти сохранивших прежнее количество названий (95 % и 90 % к уровню 1990 г.), равны лишь 11 % и 26 % тогдашних тиражей. Средний тираж книги составляет сегодня порядка 10–12 тысяч экземпляров (беллетристики – около 20 тысяч, детской книги – 24–25 тысяч; научной – тысяча при более чем трех тысячах в 1990 г., когда ее и по названиям выходило в полтора раза больше).

Если говорить о тематическом профиле крупнейших издательств, то в их книжной продукции преобладают следующие массивы: детская литература, и в частности, энциклопедии для детей; учебная книга; боевики и фантастика; любовный роман. Пропорции этих разделов в продукции каждого издательствагиганта несколько различаются. Но в целом лидерами по количеству издаваемых названий книг в абсолютном большинстве случае выступают сейчас именно те издательства, которые лидируют по совокупному и среднему тиражу, то есть крупные фирмы, выпускающие социализирующую (учебную, популярную справочную) книгу, остросюжетную и «чувствительную» словесность . Антропологический коррелят этой книгопродукции, ее потенциальный адресат («имплицитный читатель», по терминологии В. Изера) – человек, вопервых, учащийся, а вовторых – сопереживающий или, говоря нынешним жаргоном, «оттягивающийся». Можно сказать, это массовый («обычный», «средний») человек и его семья, дети .

96 % опубликованных в 1996 г. книг по названиям и 89 % по тиражам – это новые издания. А если говорить о собственно художественной литературе, то новинки (первые издания) составляют 98 % ее репертуара и тиражей.

В еще большей степени падение тиражей, как мы видели из таблицы 1, затронуло журнальную периодику, тематическая и тиражная структура которой отражает профессиональногрупповой состав общества, баланс авторитетности и значимости различных его институтов и подсистем, слоев и групп. В особенности это сокращение коснулось литературнохудожественной и отчасти – научной периодики (прежде всего – по естественным наукам).

Литературная периодика (без газет) составила по тиражам \% всех периодических изданий 1996 г. (6 % по названиям), научная – 2 % (но всетаки 22 % по названиям). А четверть периодики по названиям и 56 % по совокупному тиражу приходилось в этом году на журналы массовой адресации – прежде всего связанные с телевидением (типа «ТВпарка», «Семи дней»), с развлечениями и модой, «женские» издания. Как видим, общая тенденция – та же, что в выпуске книг.

Можно сказать, что сократилось по совокупным объемам даже то достаточно скромное представительство символических фондов, характеризующих различные социальные образования, которое так или иначе существовало в рамках советской системы. Что же до разнообразия смысловых горизонтов наличных или еще только кристаллизующихся социальных групп, внешней адресованности и полемичности их самоопределений, картин мира по отношению к «значимым другим» – то есть всего, что характеризует реальную сложность, внутреннюю конфликтность и динамизм общества, то эти социальные феномены в зеркале книжных и журнальных изданий 1990х гг. попрежнему просматриваются весьма слабо .

Обобщу сказанное. При общем сужении репертуара выходящих книг по названиям и при заметном сокращении числа их названий по многим разделам – научная, техническая, искусствоведческая книга – 1990е годы стали периодом резкого сокращения средних тиражей книг практически любого целевого назначения и по всем тематическим разделам, не исключая художественной и учебной литератур, составляющих, как уже говорилось, основу современного книжного рынка в России. Подавляющее большинство выпускаемых сегодня книг – новинки. Больше трети беллетристических книг по названиям (36 %) и почти половина (47 %) по тиражам – это зарубежная словесность. Она переведена в первую очередь с английского, а затем – с французского и немецкого языков (с них, в сравнении с английским, переведено на порядок меньше – в 1996 г. это 3182, 385 и 328 книг соответственно) . Русская дореволюционная классика составляет в общем объеме выпуска художественной литературы за 1996 г.

12 % по названиям и 6 % – по тиражам (отмечу практически полное исчезновение переводов с языков стран т. н. ближнего зарубежья – 0,1–0,2 % общегодового выпуска беллетристики по номенклатуре и по тиражу).

Основываясь на этих данных, можно говорить о резком разрыве с предшествующей – пассеистской по ориентациям, мобилизующепросветительской по функциям, принудительнодефицитарной по характеру социального взаимодействия – книгоиздательской системой, с совокупностью идей и интересов, которые она воплощала и реализовывала, с составом социальных сил и групп, поддерживающих эти идеи и преследовавших эти интересы. А поскольку советская интеллигенция (в отличие от западных интеллектуалов и в отсутствие «общественности», «публичной сферы» с ее центральной проблематикой «дискуссии» и «коммуникации», по терминологии Ю. Хабермаса ) складывалась именно вокруг репродуктивных систем общества, проблем государственного воспроизводства культурного наследия, то в процессе, описанном здесь на уровне показателей функционирования одного (книгоиздательского) института, выражается распад этого слоя среднего чиновничества, служебная дисквалификация данного контингента, утрата им статусноролевого определения. Названные процессы можно видеть и на собственно рецептивном поведении образованных слоев – активности и тематическом профиле их чтения, теле и киносмотрения, уровне сложности предпочитаемых образцов.

<< | >>
Источник: Б. В. Дубин. Слово – письмо – литература: Очерки по социологии современной культуры. 2012. 2012

Еще по теме Крах системы культурного воспроизводства: пример книгоиздания:

  1. Словесность классическая и массовая: литература как идеология и литература как цивилизация
  2. Крах системы культурного воспроизводства: пример книгоиздания