<<
>>

Глава IV Половое стремление

Из ознакомления с содержанием трех предыдущих глав мы придем к философскому заключению, что размножение базируется главным образом лишь на свойственном всему живущему стремлении расти до беспредельности.

Как деление, так и половое размножение находят себе объяснение в тех пространственных и временных границах, которые неизбежно предуказаны для роста отдельного индивидуума. Таким образом, продолжение жизни существ обеспечивается размножением: индивидуум умирает, но находит продолжение в своем потомстве. Нам неизвестна та причина, в силу которой скрещивание индивидуумов необходимо в конъюнкции; мы можем лишь в связи с этим создавать гипотезы, но необходимость ее истекает из ознакомления с природой.

И мы сейчас же убеждаемся в могущественности закона притяжения, в применении его, уже самого возникновения жизни, к целям размножения. Он обусловливает прежде всего, при конъюнкции одноклеточных живых существ, проникновение одной клетки в другую. При этом происходит слияние их вещества и растворение одного в другом. Производится группировка молекул обоих ядер в одно целое, благодаря чему индивидуум обнаруживает стремление к новому, более интенсивному росту. У многоклеточных животных, размножение которых происходит почкованием, а также у растений, молодая почка таким же образом поглощает жизненные соки старого ствола, в интересах обеспечения жизни новому стволу; мужские же половые клетки, или цветень, оплодотворяя женскую половую клетку, стремятся рассеять жизнедеятельные зародыши по лицу всей земли. Этот же порядок наблюдается и у животных-колоний, представляющих собою различных сросшихся животных (парамеры, метамеры), как ленточные глисты, кораллы и проч., пока центральная нервная система не объединяет в нужных размерах единичные метамеры (первоначальных животных). Многоклеточные индивидуумы у высших животных, хотя и состоящие уже из многочисленных сросшихся животных, организуются в подвижные единицы при посредстве великого жизненного двигателя — нервной системы, являющейся объединяющим элементом и превращающей живой организм впервые в действительного индивидуума.

Но и центральная нервная система, в качестве объединяющего элемента существования, одухотворенного всей сложностью своих воздействий на жизнь и носящего название высшего животного индивидуума, — и она лишена смысла без наличности стремления к размножению. Вслед за исчезновением гермафродитизма, когда отдельный индивидуум является носителем одного только рода половых клеток, гибель индивидуума была бы неизбежна, если бы у центральной нервной системы не обнаружилось бы этого стремления, ибо без активного движения всего индивидуума мужские зародышевые клетки лишены были бы возможности добраться до женских клеток. В связи с этим наблюдается то поразительное явление, что вся нервная система обнаруживает стремление к росту и размножению, т. е. вся духовная жизнь индивидуума, его высшее жизненное единство. Нервная система индивидуума, достигшего половой зрелости, проникается мощностью стремления и побуждения, причем его влечет к противоположному полу. Забота и радость сохранения своего "я" на миг совершенно растворяются в этом влечении. Стремление к размножению все преодолевает. И лишь одна радость, одно влечение, один позыв соединения с вожделенным существом противоположного пола, желание объятий и слияния с ним в одно целое, — все это господствует нераздельно. Словно весь индивидуум представляет теперь из себя сплошную половую клетку, в такой степени безгранично стремление насладиться слиянием с другим индивидуумом. Стремление к размножению и победоносная уверенность великолепно изображена Гете в "Западно-Восточном Диване", книга 8 (Зулейка): "Встреча".

"Und mit eiligen Bestreben,

Sucht sich, was sich angehort,

Und zu ungemess'nem Leben

Ist Gefuhl und Blick gekehrt.

Sei's ergreifen, sei es raffen.

Wenn es nur sech fasst und halt!

Allah braucht nicht mehr zu schaffen,

Wir erschaffen seine Welt!"

("И в торопливом стремлении разыскивается, что кому принадлежит, и чувство и взор устремлены к необъятной жизни. Хватай и присваивай все, что дается! Аллах не должен больше творить, ибо мы создаем его мир!")

При одном беглом взгляде на окружающую нас природу мы сейчас же убедимся в наличности повсюду этого страстного стремления, этого позыва одного пола к другому.

У щебечущих птиц, у млекопитающих в период течки, у жужжащих насекомых самец упорно и настойчиво, не считаясь вовсе с опасностями для его собственной жизни, стремится к самке и, пуская в ход то хитрость, то натиск, стремится удовлетворить свое желание. Вожделение у самки часто не менее интенсивно. Но она обыкновенно прибегает к кокетству, оказывает притворно сопротивление, убегает и делает попытку уклониться. При большей стремительности, проворности и ловкости самца, самка, в свою очередь, проявляет и больше этого притворного сопротивления и кокетливой игры. Достаточно проследить любовную игру бабочек и птиц, чтобы убедиться в том, во сколько труда и усилий обходится иногда самцу достижение цели его стремления. Но при неповоротливости или неловкости самца самка чаще сама готова идти навстречу, не оказывая, во всяком случае, сопротивления, как это наблюдается, например, у муравьев, самцы которых бескрылы, самки же располагают крыльями. Все завершается в конечном результате тесным и блаженным соединением тел и душ в момент совокупления.

В применении к некоторым животным природа чрезвычайно расточительна в средствах, обеспечивающих ей достижение великой цели размножения через посредство полового влечения. С невероятными усилиями выводятся сотни крепких и крупных самцов в пчелином улье, и как только единственная матка в каждом рассматриваемом случае (для одного роя) пускается в брачный полет, все самцы целым роем устремляются за нею в безумную погоню. Единственный, разумеется, сильнейший, настигает ее. В опьянении совершения полового акта он оставляет все свои половые части в теле матки и гибнет. Остальные же самцы, за дальнейшей бесполезностью, осенью уничтожаются пчелами-работницами. В такой же мере достоин удивления брачный период у бабочек породы "бомбисид". Великолепный "ночной павлиний глаз" в продолжение долгих месяцев и даже лет живет на деревьях в виде гусеницы, или же спит на коре, на стене в виде куколки. И вот вылетела бабочка в виде красиво-окрашенного самца, но обладающего пищеварительным каналом лишь в зачаточном состоянии. Предстоящая ему кратковременная жизнь не нуждается в питании, так как она всецело посвящена любви. Самка где-нибудь уже поджидает поблизости. Снабженный чрезвычайно чувствительными к запаху самки перистыми усиками, самец, как только окрепли его разноцветные крылышки, устремляется в бешеный полет по лесам и лугам, энергично разыскивая самку. Соперничество многочисленных конкурентов и здесь неизбежно. Подоспевший первым счастливец кидается к возлюбленной и здесь достигает венца своего счастья в трепете наслаждения и объятий. Оставшись без сил, самец скоро гибнет, или же, правильнее, тихо расстается с жизнью, им целиком уже использованной. Его соперников постигает та же участь, хотя они растеряли свои силы в одном только полете, не достигнув вожделенной цели. Самка же тотчас устремляется на поиски растений, которые в будущем обескечат ее потомству, являющемуся плодом ее мгновенного любовного упоения, продолжительное существование, в качестве гусениц. Найдя подходящее место, она откладывает несметное количество оплодотворенных яиц и также умирает, являя собою как бы пустой сосуд, выполнивший уже все свои жизненные функции. Эта картина образно изображена французским естествоиспытателем Фабром и его "Souvenirs Entomologiques", который обосновал ее весьма убедительными опытами. Произведенные мною и другими наблюдения в этом же направлении вполне совпадают с этими выводами. Все самцы у муравьев также гибнут вслед за бешеной брачной погоней и проявлением иступленной любви в большинстве случаев полиандрической. Но самка у муравьев располагает особого рода хранилищем, способным вместить семя значительного количества самцов, причем она на протяжении целого ряда лет оплодотворяет свои яйца одно за другим, являясь, стало-быть, долговременной матерью целой колонии муравьев.

Вся любовь у низших животных находит себе выражение но взрыве полового стремления. Вслед за исполнением функций любовь прекращается. Только высшие животные расположены к продолжительной склонности. Но и им, а также человеку, как это каждодневно наблюдается, свойственно мгновенное опьянение всех чувств и всей души, благодаря половому стремлению. Человек, как будто мановением волшебного жезла, мгновенно предается любовному, скорее половому пылу, причем весь мир кажется для него сосредоточенным в этом стремлении, возлюбленный или возлюбленная принимают божественную окраску, и сглаживаются для него все шероховатости, все изъяны действительности. Радости каждого мига любви служат для него источником чувств, которые ему кажутся неисчерпаемыми. И он клянется, нашептывая уверения, которым не суждено осуществиться, он полон веры в вечное счастье. Благодаря обоюдному самообману, жизнь превращается в райскую фата-моргану. То, что является самым обыденным, а иногда и самым противным, становится, как мы это видели, предметом страстного вожделения... Но вслед за удовлетворением является сознание пресыщения. Занавес падает — и наступает относительное успокоение и отрезвление, в меньшей мере, для данного момента.

В таком общем виде, хотя и в немногих чертах, представляется картина полового стремления, диктуемого во всей живой природе инстинктом размножения. Мы займемся здесь более близким анализом этого стремления.

Природные стремления представляют из себя инстинкты, глубоко унаследованные, возникновение которых следует искать в отдаленной истории наших животных предков. Стремление к питанию является главным условием сохранения индивидуума, в то время как половое стремление есть главное условие сохранения вида, поскольку размножение производится при посредстве раздельнополых индивидуумов. Каждое стремление принадлежит двигательной стороне деятельности нервов; это нечто, внутри заключающееся, заставляющее, действовать. Таким образом, стремлению принадлежит обусловливающее его чувство или ряд чувств и в такой же мере определенные чувственные раздражения, дающие толчок определенным же чувствам, а при их посредстве и влечению. Я, например, лично доказал, что запах падали непосредственно вызывает у мясной мухи инстинкт кладки яиц. И если эти обонятельные органы (усики) у этой мухи отрезать, то она перестанет класть яйца, даже если очутится на самой приятной для нее падали. При других же наиболее серьезных повреждениях ее органов или же удалении одного только из ее обонятельных органов, таких последствий не наблюдалось.

Отсюда можно заключить, что механизм инстинктов — простейшей природы, причем его вмещают подчиненные мозговые центры, в качестве носителей низших инстинктов. Иерсен доказал, что кузнечик способен к совершению полового акта и по удалении у него головного мозга, пока происходит достижение требуемым чувственным раздражением его нервных половых центров.

Представляется возможность, стало-быть, утверждать, что механизм влечений относится к глубоко унаследованным филогенетически автоматизмам, состоящим, при всей сложности, из изолированных во времени координированных рефлективных движений, следующих друг за другом. Однако, им далеко не свойственна пластичность сознательных, находящихся лишь в зависимости от головного мозга, произвольных функций. Они не в состоянии приспособиться к новым, неожиданно возникшим обстоятельствам и при перерыве обусловившей их цели прекращают свои действия. Можно на этом основании допустить, что инстинкты или стремления идут рука об руку с бессознательным внутренним созерцанием (под-сознание), которое, в качестве такового, не в состоянии соединиться с нашим над-сознанием (обыкновенным сознанием в состоянии бодрствования).

Однако, чувства и побуждения, интенсивно возрастая и пересиливая сопротивление со стороны нервных центров, доходят до головного мозга в синтетической (объединенной) форме и здесь входят в состав над-сознания, которое, таким образом, находится под значительным влиянием. Эти чувства здесь сливаются со всеми элементами того, что носит у нас название "души" в собственном значении этого понятия (душа большого мозга), т. е. с чувством, интеллектом и волей.

Рассматриваемое с этой точки зрения половое стремление становится всего легче понятным. Половая любовь и все к ней относящееся представляет собою, в качестве таковой, элемент души большого мозга, но базируется на вторичном отражении животного полового стремления, отвлекающего нас в данный момент. Нужно здесь прибавить, что возбужденные в большом мозгу половым стремлениям половые представления, здесь же получившие соответствующую переработку, и в связи с другими представлениями, сами, в свою очередь, способны в большей или меньшей степени воздействовать на половое стремление, действуя усиливающе или создавая препятствия, привлекая или отталкивая и вообще качественно его видоизменяя. Libido sexualis, как половое сладострастие, упомянутое нами в предшествующей главе, представляет собою способ для обнаружения у человека полового стремления.

I. Половое стремление мужчины. У мужчины, который представляет собою активную сторону в совершении полового акта, значительно сильнее вначале прямое половое вожделение, т. е. стремление к соитию. Развитие этого стремления у него тоже самопроизвольно, ибо функции его в совершении полового акта представляют наиболее важную часть его половой деятельности. Оно мощно вторгается в его душевную жизнь, в которой играет, однако, меньшую роль, чем в жизни женщины. Наблюдается преждевременное проявление полового стремления у мальчиков, что чаще обусловливается дурными примерами и носит противоестественный характер. Развитие его у различных лиц протекает чрезвычайно различно. Мы будем об этом еще говорить в главе о половой патологии. Не будем касаться здесь противоестественных и анормальных проявлений полового стремления, считаясь лишь с самопроизвольной и нормальной формой явления. В зависимости от своих индивидуальных особенностей, ранее или позже, мальчик начинает обращать внимание на свои вначале чисто рефлективные (непроизвольные) эрекции. При раннем развитии и предрасположении к размышлению, человек еще до пробуждения половых стремлений заинтересовывается половыми различиями, но лишь с пробуждением их его внимание сильнее приковывается, так как до этого его в такой же степени занимали эти различия, как и разница между прямым и изогнутым носом. Человек не обращает внимания на то, что не входит в сферу его прямых интересов, и этим и объясняются те непонятные для других равнодушие и неосведомленность в подобного рода вещах, которые свойственны мужчинам с поздно или очень слабо развитым половым стремлением. С другой же стороны, мужчине равнодушному кажется пошлым и отвратительным тот половой интерес, который свойственен мужчине, легко возбудимому в половом отношении. Если имело место раннее и сильное проявление полового инстинкта, то ненасытное любопытство возбуждается созерцанием совершения полового акта у животных и даже насекомых и мух, причем происходит вполне правильная оценка этого акта и делаются соответственные выводы и сравнения с ощущаемым половым стремлением. Но один вид женского пола при естественных условиях действует еще более интенсивно. Здесь мы сталкиваемся с удивительным явлением. Возбуждение мальчика обусловливается всем тем необыкновенным, которое представляется в женском поле; такое влияние имеют созерцание закрытых при обыкновенных условиях частей ее тела, привлекающие взор одежды и украшения, своеобразные ароматы и вообще вид таких женщин, которые обыкновенно ему редко встречаются. Этим и объясняется весьма малое или даже совершенно отсутствующее влияние в половом смысле братьев и сестер друг на друга; возбуждающим элементом могут явиться лишь какие-нибудь ненормальные отношения или же вообще аномалии. У диких, ходящих нагими племен, по этим же соображениям, мальчики совершенно не возбуждаются находящимися при обычных условиях в их обществе нагими девушками, но скорее обращают внимание на таких девушек, которые бросаются в глаза, благодаря каким-нибудь своим украшениям. Магометанин возбуждается в половом смысле, когда он видит открытое лицо женщины, европеец же, когда он увидел ее открытые ноги, и это находит себе объяснение в том, что у первых женщины закрывают лицо, а у вторых — свои ноги и т. д. Такие различия, разумеется, следует считать лишь относительными. Женщина, не старая, вообще действует возбуждающе, если половое стремление достаточно сильно и не было удовлетворено.

Мы должны принять здесь во внимание другой пункт, являющийся более важным и представляющий собою обычную норму; в силу этого пункта, возбуждающе действуют на мужчину вид и здоровое состояние женщины. Ее формы, здоровые и цветущие, нормальные запахи, естественный голос, нормальная и здоровая кожа, — все это прельщает нормальное половое стремление, между тем как нездоровье женщины и ее дряблость, сомнительные запахи и т. п. имеют в половом смысле отталкивающее влияние.

Все имеющее отношение непосредственно к половым органам, созерцание их, запах и прикосновение имеют возбуждающее действие; конечно, это происходят вследствие того, что, как мы уже упоминали, в обыкновенном состоянии все это скрыто от чужого взора; это же касается и грудей. Эротический мужчина вообще испытывает непреодолимое влечение к женским половым органам, о которых думает постоянно.

В эротике запах и осязание играют чрезвычайно выдающуюся роль. Специфические запахи половых органов действуют особенно эротически, т. е. возбуждая половое стремление. У мужчины специальными эротическими пунктами осязания являются головка, менее часто задний проход, грудные соски и рот. Соответствующее место (например, головка) может при случае не обнаружить эротической чувствительности, обусловливающей сладострастие, или же проявить ее особенно сильно, или же и вовсе ее потерять, хотя обыкновенно чувство осязания и осталось нормальным.

Первые половые ощущения носят совершенно неопределенный характер; они полубессознательны вначале, причем испытывается какое-то смутное влечение к женщине, обаяние которой очень велико. Таким образом, мальчик в состоянии, например, избрать объектом своей влюбленности симпатичное женское лицо, пышную грудь, красивые глаза, воспоминание о которых обусловливает у него эрекции и непередаваемое словами чувство страстного томления, не ищущее еще пока выхода, как у опытных людей, в совершении полового акта, но продолжающее пребывать в какой-то неопределенности, однако, вполне чувственного характера. Оно долго пребывает без удовлетворения, не выходя из пределов желания, влечения и того же томления. Фантазия услужливо создает, в зависимости от индивидуальности и под влиянием эгого стремления, всевозможные образы и видения. Сновидения не остаются без влияния со стороны этих причин полового влечения, обусловливающих, в свою очередь, эрекции и во сне. У мальчика начинают сосредоточиваться чувственные ощущения в половых частях и, главным образом, в головке, а также и в соседних областях, — и невольно начинает зарождаться смутное представление о женских половых частях, которые раньше его совершенно не занимали. У первобытных народоз, а также и у животных этот период и совпадает с первыми попытками к совершению полозого акга, которые в результате и достигают цели, — у человека, конечно, совершение брака совпадает с наступлением половой зрелости. Но культура создает обычно известного рода препятствия к браку, и при наличности сильного полового влечения неизбежно является на помощь проституция или же какие-либо иные способы неестественного удовлетворения этого влечения. Половое раздражение во сне, действуя более энергично, чем в бодрствующем состоянии индивидуума, вызывая обычно эрекцию, завершается истечением семени, носящим название поллюции и являющимся непосредственным следствием эротических сновидений. Во сне представляются ласкающие и прижимающиеся к спящему женские фигуры, причем он совершает с ними половой акт, более или менее близкий к действительности. Известно, что сновидениям свойственны интенсивность и качество обманчивых восприятий. Возбуждение, являющееся следствием неудовлетворенного libido sexualis, может быть и в состоянии бодрствования индивидуума настолько сильным, что мальчику приходится прибегнуть к механическому раздражению члена путем трения, что связано для него с ощущениями сладострастия. Но случайно, быть может, сделав это открытие, мальчик повторяет его и, в результате, достигает истечения семени. Отсюда и возникновение весьма вредной привычки к онанизму или мастурбации, действующей угнетающе на душу и изнуряюще на тело, ибо повторения обусловливают все большую неодолимость раздражения, и нет тех внешних общественных преград, которые в состоянии были бы сдерживакице влиять на такого рода удовлетворение; ничья воля, кроме собственной, не может действовать в этом направлении. Мы вернемся еще к этому вопросу и специально к вопросу об онанизме в главе о патологиии (VIII).

Под аутоэротизмом Гавелок Эллис разумеет самостоятельно возникающее половое возбуждение, независимо от какого-либо чувственного побуждения со стороны другого лица. Непосредственное возникновение аутоэротизма в чистом виде не поддается пока еще точному определению, так как здесь чаще участвуют памятные представления о виденном индивидууме противоположного или же своего пола, ассоциированные с зрелищем собственных половых отличий. Во всяком случае, у детей онанистическое раздражение может, вне сомнения, иметь место без стремления к другому лицу. Блох туда же причисляет, в более широком смысле, то, что он назвал "половыми эквивалентами", т. е. идеал человеческого или специально индивидуализированного чувства преданности, как возмещение эротизма.

Не должно отрицать того, что сосредоточение семенной жидкости в семенных пузырьках у мужчины действует возбуждающе на libido sexualis, которое временно исчезает вслед за ее истечением. Однако, мы скоро убедимся в том, что роль у мужчины этого органически-механического возбудителя, имевшего отношение лишь к первобытным потребностям, в настоящее время весьма незначительна. Это становится понятным в связи с тем соображением, что возможность совершения полового акта у всех животных, прибегающих для полового общения к совокуплению, обусловливается не одним только накоплением спермы (семени), но и возможностью достижения самки. Таким образом, необходимо то или иное чувственное восприятие последней для возбуждения указанного процесса.

Физиономия отражает в себе libido sexualis точно так же, как и всякое другое желание. Под физиономией мы разумеем отражение мозговой деятельности (мыслей, чувств, заключений) на мускулах пои помощи двигательных нервов и центров. Лицо не представляет ее целиком, так как оно выражает движения души в отражении их на мускулатуре всего тела; поэтому можно говорить о физиономии живота, рук и даже ног, однако, в выражании глаз и движениях мускулов лица она, разумеется, выражается наиболее рельефно. О половом возбуждении можно судить по взглядам, соответствующему выражению лица и движения в присутствии противоположного пола. Необходимо считаться с той или иной способностью человека обнаруживать или скрывать свои мысли и чувства при посредстве мимики, поэтому наружность не всегда будет служить верным отражением внутреннего мира личности. К тому же половые влечения, обыкновенно сдерживаемые, могут, в связи с другими отражениями душевного состояния, дать совершенно иной отпечаток, и поэтому сладострастным не всегда является тот, кого таким по внешности считают.

Для нормального среднего юноши, умственно и особенно физически работающего, не прибегающего ни к каким искусственным возбуждающим средствам и, главное, избегающего наркотиков, как алкоголь, ослабляющих волю и разум,— нельзя считать невыполнимым половое воздержание. В более зрелом возрасте, между 18 и 20 годами, воздержание облегчается, благодаря ночным поллюциям, сопровождающимся соответствующими сновидениями и, во всяком случае, не отражающимся на здоровьи. Такое состояние не является вполне естественным для слишком большого промежутка времени, особенно при отсутствии перспективы на то, что оно скоро будет прекращено. Однако, все искусственные преждевременные раздражения полового влечения являются следствием влияния культуры. Libido sexualis, как мы уже упоминали, индивидуально весьма разнообразно, но можно сказать, что оно колеблется между нулем и таким состоянием непрерывного полового возбуждения, которое носит название сатириазиса. Под половой потенцией разумеется способность к совершению полового акта. Здесь имеются в виду прежде всего сильные и совершенно твердые эрекции, а также достаточно частые и обильные извержения семени. Импотенция, или неспособность к совершению полового акта, представляет собою случай патологический и сводится к отсутствию эрекции или к ее полноте. Можно, хотя и не всегда, наблюдать совпадение потенции и libido, причем возможна наличность сильной потенции одновременно с незначительным libido и, еще чаще, весьма интенсивного libido, сопровождающегося импотенцией. В последнем случае мы имеем дело с явлением патологическим. Нет возможности, разумеется, установить те точные границы, по ту сторону которых начинается патология, ибо разные лица обладают индивидуальной потенцией.

Libido и потенция у мужчины, в среднем, наиболее интенсивно проявляется в возрасте между 20 и 40 годами, особенно же — 25 и 35. Наблюдается иногда полнейшее спокойствие в половом отношении у молодых людей в возрасте от 18 до 20 лет, у которых еще не было истечения семени. Но одновременно с этим мальчики в возрасте от 12 до 16 вполне зрелы как относительно libido, так и потенции у тех народностей, которые раньше созревают в половом смысле. Для нашей арийской расы такое явление, наблюдаемое в возрасте раньше 14 лет, должно объяснить патологически преждевременной зрелостью. Нередко можно считать признаком силы и здоровья организма более позднее наступление libido и потенции. Постепенное ослабевание потенции начинается уже с 40 лег и угасает лишь к 70 годам, иногда, впрочем, и раньше. Но наблюдались случаи и 80-летних старцев, обладавших потенцией. Уменьшение libido также идет рука об руку, при нормальных условиях, с увеличением возраста, но libido может длиться значительно больше потенции, особенно, будучи обусловленным искусственными раздражениями.

Необходимо иметь в виду два рода потенции — способность к совершению полового акта и способность к оплодотворению. Из них возможно вполне самостоятельно существование первой способности без второй, ибо даже при совершенном прекращении зародышевыми железами своих функций остальные железы (особенно же предстательная) будут поддерживать своими выделениями orgasmus wenericus, разумеется, если только сохранились еще эрекции. Но, с другой стороны, у импотента могли быть вполне жизнеспособные и здоровые сперматозоиды. В последнем случае оплодотворение возможно при содействии шприца.

Колебание размеров силы libido и потенции может быть установлено из того, что нередки мужчины, которые по несколько раз в день и на протяжении целого ряда лет совершают половой акт. Наблюдается такая интенсивность полового раздражения и вожделения, когда они возобновляются чрезвычайно малыми промежутками времени (в 15 — 20 минут) после истечения семени. Не очень редкими должно считать и такие случаи, как это бывает в домах терпимости и вне их, когда мужчина совершает половой акт от 10 до 20 раз в ночь; такие случаи следует отнести к патологическим ненормальностям. Я лично знаю случай, когда акт повторялся до 30 раз. Я пользовал раз 65-летнюю крестьянку, с изборожденным морщинами лицом, которая жаловалась мне на непрекратившиеся libido и потенцию у ее мужа, 73 лет. Он требовал совершения полового акта ежедневно в 3 часа утра, перед уходом на работу, но не удовлетворяясь этим, вечером повторял акт перед сном и довольно часто днем, после обеда. Но мне приходилось наблюдать и людей, вполне здоровых и в самом цветущем возрасте, которые считали для себя излишеством совершение полового акта раз в месяц или еще реже. Специалист по половым болезням посвятил меня в историю с одним богатым господином, который на протяжении 5 лет имел половые сношения почти с 2000 всевозможных женщин. Этот сатир, разумеется, болел сифилисом и всевозможными гонорреями, которые, вполне понятно, широко таким способом распространял. Практический Лютер предложил в виде нормы для брака совершение полового акта от 2 до 3 раз в неделю, конечно, во время расцвета силы у мужчины. И должен сознаться, что это правило, в среднем, нашло себе подтверждение в расспросах моих и наблюдениях, и норма эта ближе к той, к которой приспособилось человечество за все время своего существования. Было бы, однако, неправильно и несправедливо, если бы супруги считались с этой нормой, как с незыблемым правилом, ибо вполне возможно и большее воздержание для нормального мужчины, которое, в свою очередь, становится уже обязательным, если заболевает жена или когда у нее протекает менструация или период после родов. Продолжительность беременности применительно к рассматриваемому вопросу несколько осложняет дело. Необходима исключительная осторожность, но и при нормальном течении беременности нет необходимости, я думаю, в полном воздержании.

Мужскому половому стремлению свойственно одно фатальное обстоятельство, которое находит себе объяснение в указанной уже нами привлекательности всего необычайного и безразличности к обычному. У нас есть потребность в разнообразии, которая, может быть, и служит источником полигамии, а также и проституции и аналогичных явлений. Variatio delectat. Женщина, в среднем, скорее предрасположена к моногамии, чем мужчина. А между тем, влечение мужчины теряет в силе, благодаря длящейся привычке в сношениях с одной и той же женщиной, и, как это наблюдается у многих мужчин, если не у всех, тем больше их интенсивность по отношению к другим женщинам. Нравственное чувство стремится воздействовать на это влечение, и в этом же направлении действуют благородство характера, чувство долга и врожденная семейственность, — но ни в коем случае нельзя отрицать наличность такого влечения. В этом обстоятельстве я следует искать и корни необузданного разврата и взрыва недостойных чувств, часто ведущих к трагическим результатам. Об этом, впрочем, дальше.

Здесь необходимо принять во внимание бесконечное индивидуальное различие, независимо от патологической точки зрения, тех обстоятельств, которые обусловливают libido sexualis. На первом плане в этом случае влияние полных, здоровых, цветущих и в половом смысле вполне зрелых женщин, а также созерцание тех частей тела их, которые обычно скрыты от постороннего взора, и, главным образом, половых частей и грудей. Известную роль играют и известные запахи. Но индивидуально возможно возбуждающее воздействие и голоса, и выражение лица, покроя платья, а также других особенностей. Некоторые мужчины возбуждаются, наоборот, при виде худощавых и бескровных женщин. В то время как известные свойства обусловливают возбуждаемость у одного мужчины, — на другого они не имеют никакого ровно влияния: волосы, например, и их цвет, определенные запахи, покрой платья, черты и склад лица, различие в форме груди, и пр. Очень часто наблюдается возбуждающее влияние тех особенностей, которых недоставало женщинам, принадлежавшим когда-то мужчине. Контрасты также служат источником взаимной привлекательности, причем худощавые обнаруживают тенденцию влюбляться в полных, длинноносые — в коротконосых и т. д. Здесь, однако, не может быть места резюмирующему правилу. Наблюдается, нередко, половое влечение очень молодых людей к слишком зрелым женщинам и, наоборот, пожилых мужчин к весьма молодым женщинам и даже к девочкам. Половая патология в этих различиях и находит себе исходные пункты. И, вместе с тем, как много мужчин, вполне спокойных и уравновешенных, имеющих наклонность только к моногамии, не ищущих разнообразия, т. е. не помышляющих о чужих женщинах, кроме своей жены. Половое стремление, как это следует иметь в виду, усиливается в зависимости от обильного питания и праздного времяпрепровождения, предрасполагающих к полигамии, в то время как труд, особенно физический, действует всегда умеряюще.

Libido находится в большой и непосредственной зависимости от умственных и духовных особенностей. Таким образом, расхолаживающе на мужчину действуют обнаруженные женщиной сварливость, холодность, нерасположение, между тем как страстное желание, проявленное женщиной, ее libido, любовные и нежные отношения питают libido мужчины. Считаясь с рассматриваемым в настоящей главе лишь животным инстинктом, необходимо указать, что обнаруженное женщиной libido возбуждает и усиливает мужское libido, значительно повышая ощущение наслаждения у мужчины в момент совершения полового акта. Наблюдаются, однако, в противовес этому общему правилу, и яркие противоположности, когда libido мужчины усиливается лишь благодаря холодности и нерасположенности женщины, причем обнаруженное женщиной libido отталкивающе влияет на него. В этом смысле возможны тончайшие нюансы. Мужчина, активный в половом общении, разумеется, ищет встретить со стороны женщины любовь и взаимность, однако, на него, нормально чувствующего, отталкивающе действуют проявленные женщиной цинизм и вызывающее поведение, отсутствие природной сдержанности, благородства и деликатности. Нормальная женщина обладает в этом смысле инстинктивным чутьем, диктующим ей те поступки и отношения, которые не будут оскорблять мужского чувства.

Под психической импотенцией, о которой подробнее в отделе патологии (глава VIII, § III, 2), мы разумеем результат энергичного задерживающего воздействия представлений, которые нарушили автоматические функции полового стремления. Не всегда патологический характер имеет моментальная психическая импотенция. Может случиться, что при совершении полового акта, среди различных ощущений сладострастия, вожделения и определенных любовных представлений, мысль прорежет вдруг какое-нибудь новое представление, связанное со смешной стороной положения, или выражением недовольства со стороны женщины, или чем-нибудь иным неприятным, могущим прервать цепь ощущений и влечений к совершению акта, — тогда мгновенно исчезают сладострастные ощущения вместе с libido sexuaiis и прекращается эрекция у мужчины. Восстановление этой цепи сознательным велением воли невозможно, а помочь делу могут лишь представления, имеющие тесную связь с libido sexuaiis.

Наша культура, однако, не только разрушающе повлияла на естественный пооядок половых отношений, извратив их своими грубыми нравами, но и искусственно дала им патологическое направление. Дело приняло такой оборот, что явно ненормальные отношения носят названия вполне нормальных понятий, как будто все это в порядке вещей. Точно так же, как и в алкоголизме, идет речь о пвтологическом опьянении, словно это опьянение и не выходило бы из рамок нормального; есть люди, пресерьезно уверяющае, что благодаря проституции, доставляется мужчинам возможность нормального совершения полового акта. Может ли быть внесено в нормы половой жизни приобретенное за деньги право совершения полового акта с продажной женщиной, ничего при этом не ощущающей и старающейся лишь путем искусственных приемов раздражать своих клиентов, наделяя их еще к тому венерическими болезнями! Человеческая культура не остановилась перед тем, чтобы взрастить половое стремление в качестве искусственного наслаждения, не считаясь вовсе с целями природы, — и в этом смысле обнаружила большую изобретательность на всевозможные средства, преследующие лишь усиление и видоизменение libido. Можно утешаться лишь тем, что человеческая культура во все эпохи преследовала те же цели, и в этом отношении мы ничуть не превосходим своих предков и не уступаем им. Но выработанные нами способы отличаются зато большей утонченностью и разнообразием, чем у варварских народов или даже чем у предков, живших во времена более простые. Деятельным сотрудником в деле эротических возбуждений, — скажем откровеннее, союзником порнографии, является наше современное искусство. Происходит весьма откровенное поощрение и восхваление самых невероятных средств эротического возбуждения, под личиной искусства, с выражением негодования по адресу всякого инакомыслящего.

Новеишие способы художественного воспроизведения, значительно усовершенствованные, в связи с фотографией, облегчение тайных сношений, благодаря улучшившимся путям сообщения, а также художественная промышленность, введенная в наш жизненный обиход в качестве роскоши, комфорт жилищ и кроватей и пр. и пр., — все это находится в распоряжении эротической похоти. Проституция, или приобретение прав на совершение полового акта за деньги, дала уже пышные разветвления, глубоко проникающие в область патологического. Короче, искусственное культивирование libido sexuaiis мужчины можно рассматривать в настоящее время, как высшую школу порока. Влияние получивших громадное распространение художественно исполненных и вместе с тем верных действительности эротических изображений, без сомнения, более раздражающе действует на половое стремление, чем те грубые и неважные изображения "доброго старого времени", распространение которых не выходило из пределов небольшого количества музеев и коллекций богатых людей.

А между тем вожделение, вне всякого сомнения, усиливается, благодаря часто повторяемому искусственному раздражению, обусловливаемому заманчивым изображением подробностей полового вожделения во всевозможных их видах. Известно общее правило физиологии нервной системы, в силу которого упражнение обусловливает увеличение и усиление всякой нервной деятельности. Таким образом, привычка много и хорошо есть дает в результате обжорство; привычка к нарядному туалету и холодным обмываниям превращается в потребность; физическая деятельность делает необходимым движение и действует укрепляюще на мускулатуру; постоянные упражнения в какой-нибудь области вызывают к ней любовь и обусловливают виртуозность в данной отрасли; постоянное сосредоточение мыслей на какой-нибудь болезни делает то, что ее начинают подозревать в самом себе; часто исполняемый мотив насвистывается и напевается потом совершенно бессознательно. В силу того же, бездеятельность служит причиной ослабления раздражений в соответствующей области. Если ощущения и впечатления находятся в пренебрежении, то они ослабляются, равно как и сама потребность в них. Бездеятельность обусловливает инертность, благодаря создавшимся сопротивлениям в головном мозгу, и при наличности инертности возобновление деятельности становится затруднительным. Этот закон вполне применим и относительна libido sexualis, что вполне понятно, причем воздержанием ослабляется влечение, благодаря же частым упражнениям оно лишь усиливается. Точно также, как и пустой желудок в инстинкте питания, так и здесь переполненный семенной пузырек, как мы уже об этом говорили, старается оказать противодействие, опираясь также на силу врожденного стремления, закону упражнения или закону тренировки нервной системы. В интересах правильного уяснения этого вопроса, необходимо противоставление этих двух сил, враждебных друг другу, и которые мы наблюдаем, например, в потребности еды или сна. Потребность в пище может быть очень большой, причем ею обусловливается сохранение жизни, но французская поговорка "L'аррetit vient en mangeant" остается при этом вполне верной. Благодаря чревоугодию, как мы уже упоминали и как это всем известно, развивается обжорство и получаются в результате подагра и ожирение. К разряду таких же явлений, но в смысле обратном, можно отнести и сонливость, так как достаточный сон обеспечивает, без сомнения, здоровье и правильные функции мозга, но ведь возможно привитие и увеличенной потребности во сне. Этот вопрос имеет чрезвычайно большое принципиальное значение применительно к половому влечению. В этом случае возможно применение известного закона умеренности: abusus non tollit usum (злоупотреблением не исключается употребление). Ошибочно было приписано Цицерону одним английским комментатором следующее положение: "В истинной умеренности заключается неограниченное господство разума над страстями и всеми дурными побуждениями сердца. Она знаменует собою воздержание от всего плохого, которое не совсем безвредно по своему характеру". В этом определении очень много хорошего, хотя оно и не цицероновское. Потребление алкоголя исключается, благодаря этому определению, как противного естеству и вместе с тем обладающего ядовитыми свойствами, но нормальное удовлетворение полового влечения, нормально приспособленного к соответствующим потребностям вида, отнюдь не противопоказуется, ибо, в зависимости от обстоятельств, оно может быть хорошим или скверным, невинным или пагубным. Но указание для каждого отдельного случая соответствующей меры и выбор объекта представляют собою нечто в высшей степени щекотливое и трудное. Разведение морали не дает здесь никаких результатов.

Я могу утверждать, опираясь на многочисленные наблюдения людей, прибегавшим к моим советам по этому поводу, чго всякий мужчина, при добросовестном самоконтролировании, в подавляющем большинстве случаев будет сам в состоянии разобраться в искусственно-раздраженном половом стремлении и в естественной потребности. Есть, разумеется, большое различие между тем состоянием, когда мужчина борется с половым вожделением, не будучи в состоянии его нормально и законно удовлетворить, — и таким положением вещей, при котором имеется налицо лишь искусственное разжигание желания, на почве стремления к наслаждению, обусловленного, между прочим, и праздною жизнью. Имея здесь в виду лишь нормального человека, мы должны считаться и с наличностью патологических натур, находящихся под влиянием полового влечения, как своего рода навязчивой идеи. Половое влечение не трудно локализировать в пределах умеренности, если прибегнуть к постоянной серьезной работе, стараясь не соприкасаться со всякого рода возбуждающими элементами.

Мы ссылались уже на порнографическое искусство, являющееся одним из деятельных средств искусственного разжигания libido. Люди, с более низменными задатками, поддаются влиянию грубого, антихудожественного творчества и всякого рода изделий, рассчитанных, в интересах наживы, на разжигание полового стремления. В алчном стремлении к наживе и следует искать источник зла. Главной ареной деятельности социального грабежа и являются алчная эксплоатация полового стремления и тяготения к спиртным напиткам.

Кроме порнографических изображений, главными средствами искусственного раздражения полового влечения являются:

- порнографические романы, искусственно раздражающие половую страсть и прибегающие в этих видах к заманчивому изложению подробностей и иллюстрациям, конкурирующим с указанными выше изображениями, с целью привлечения публики;

- алкоголь, парализующий рассудок и нравственные проявления воли и, вместе с тем, усиливающий грубую импульсивность и libido sexualis. Человек под его воздействием обнаруживает "предприимчивость" и сам отдается в лапы сводничества или проституции.

Но прежде всего необходимо иметь в виду весь арсенал современней системы проституции (см. главу X, 3).

Но и другие причины, независимо от жажды наживы, служат так или иначе источником искусственного раздражения полового стремления. Порнографические картинки или какой-нибудь взрослый развратник сделали то, что школьник вовлекся в онанизм, а он уже, в свою очередь, знакомит своих товарищей с этим порокам. Некоторые испорченные в половом отношении женщины соблазняют мальчиков школьного возраста, совершая с ними половой акт, и, таким образом, преждевременно вызывая у них проявление полового стремления.

В связи с подобного рода привычками, искусственным путем действующими раздражающе на половую страсть, у мужчин, в качестве вторичного явлення, обнаруживается вредное удальство, не ведущее ни к каким хорошим результатам. Точно так же, как школьник спешит сейчас же вслед за своей конфирмацией ткнуть себе в зубы сигару, хотя вкус ее ему еще довольно противен, — чтобы показать, что он уже далеко не маленький, — так и подросток, не теряя времени, проституируется, ибо в противном случае его не будут "считать настоящим мужчиной". Такая бессмыслица находит себе пищу еще и в опасении, благодаря неопытности или стыдливости, подвергнуться насмешкам. Детальное и своевременное ознакомление с половым вопросом при посредстве человека близкого и авторитетного, уступает место преждевременной осведомленности в половом вопросе, почерпнутой из наихудшего источника и дающей самые печальные последствии.

Все это не только обусловливает искусственное взвинчивание libido sexualis, которому дается ложное и противоестественное направление, но и происходит отравление молодежи, обреченной на верную гибель, благодаря целому рою венерических болезней (не говоря уже об алкоголизме). Последнее относится уже к патологии.

Мы упоминали здесь о школьной молодежи. Но еще хуже обстоит с пролетарским подрастающим поколением, которое, в зависимости от нужды и скученности, находится в наиболее неблагоприятных условиях. Молодежь, благодаря беспорядочному смещению полов, нередко бывает свидетелем совершения полового акта родителей, а иногда и просто воспитывается специально в корыстных целях разврата.

Можно удивляться отсутствию еще худших последствий, являющихся следствием таких исключительно половых раздражений libido sexualis. Эксцессами, конечно, часто обусловливаются разложение семьи и брака, импотенция и другие расстройства половой деятельности. Но непосредственный вред для здоровья от венераческих болезней, а с другой стороны — от алкоголизма, должно сознаться, значительно больше тех последствий, которые дают искусственные раздражения и усиления libido sexualis, но в связи с последними происходит частое отравление душевной жизни и общественной этики.

Благодаря искусственному половому раздражению у мужчин под непосредственным воздействием проституции и всего, с нею связанного, наблюдается возникновение половой ненасытности, с трудом регулируемой впоследствии в браке верной и идеализированной любовью к одной женщине и на всю жизнь. Иногда приходится сталкиваться с мнением, что бывшие повесы и завсегдатаи домов терпимости, особенно удачно избегнувшие заражения венерическими болезнями, дают в результате примерных и верных мужей и отцов семейства. Но близкое знакомство с закулисной стороной жизни такого рода браков разубедит очень скоро всякого, так как счастье здесь весьма и весьма условно. Так же, как не отучиться кошке от ловли мышей, так и не отделаться такому мужчине от тех усвоенных привычек, которые дало ему общество проституток с часто практиковавшимся унижением половых отношений. Можно допустить, в виде редкого исключения, такое воздействие истинной любви, которое в состоянии будет вступить в единоборство с влияниями испытанного уже соблазна, в особенности при наличности у мужчины хорошего наследственного предрасположения. Но все же пережитые эксцессы не могут не оставить своих следов, и временно заглушенные, не преминут проявить себя впоследствии, когда мужчине удовлетворение одним только супружеским общением начнет казаться тягостным и недостаточным. С другой стороны, в самом браке создается уже привычка к половым сношениям, благодаря которой мужчина начинает прибегать к внебрачным половым отношениям.

Должно отделить, однако, раздражения, обусловливаемые у мужчины его libido sexualis, и, между прочим, благодаря его полигамическим стремлениям, от того искусственного и анормального раздражения полового влечения, сущность которого была раньше приведена. Благодаря физическим и нравственным особенностям, а также и другим преимуществам данной женщины, половая страсть может совершенно покинуть прежний объект, чтобы с особой интенсивностью направить всю свою энергию на новый. Здесь происходит полное смешение между элементами libido и элементами высших форм любви, что может дать в результате сложную драму, как основание для сенсационного романа. Из таких, впрочем, романов в действительной жизни и состоит большинство сенсационных любовных похождений. Патологическая наследственность в подобного рода случаях занимает, без сомнения, не последнее место, и мы должны заключить, что "браки по страсти" (не касаясь браков по любви, которые заключены были спокойно и разумно, после долгого знакомства и знания друг друга), — такие браки не отличаются всегда уже большею прочностью, чем даже браки по расчету, ибо патологическим натурам, как известно, часто свойственно бросаться из одной крайности в другую. Здесь может произойти бурное и ужасающее проявление libido sexualis. Оно приводит нередко к зловещим аффектам, убийству и самоубийству. Libido sexualis отражается с поразительной силой на людях с неглубоким умом и неустойчивыми взглядами на вещи, причем любовь у них может быстро смениться ненавистью и, наоборот, сознание справедливости — беспричинною мстительностью, честность — предрасположением ко лжи и интриганству. Такое libido, проносясь ураганом над душевным миром данной неустойчивой личности, теряет уже свои обыденные свойства, и дает иногда те же результаты, что и опьянение или помешательство. Проявляясь даже в относительно легкой форме, это libido делает, например, то, что муж тогда лишь способен на половое общение с женою, когда он мысленно представляет себе вместо последней в своих любовных объятиях предмет своей новой страсти (см. "Wahlverwandschaften" Гете, Мюссе и других). Это явление остановило здесь именно наше внимание, хотя его можно было отнести к следующей главе. Но мы имели в виду ту отчаянную борьбу, которая часто имеет место между libido sexualis и проявлением высшей любви. Муж, например, может быть привязан к своей жене всем своим сердцем, уважать ее, любить и боготворить, но внешний вид ее и тесное общение с ней не дают ему чувственных ощущений, не обусловливая ни libido, ни эрекции, тогда как какая-нибудь сирена, стоящая несравненно ниже его жены во всех отношениях, возбуждает с исключительной силой его чувственность, несмотря на отсутствие к последней не только любви, но и уважения. Вполне резко выраженная форма такого рода явления не очень часто встречается в жизни, но мы сталкиваемся здесь с непримиримым противоречием libido sexualis, с одной стороны, и проявлением высшей любви — с другой. Мужчина не в состоянии совладать с половым влечением к сирене, которую, однако, он ни в каком случае не назвал бы своей женой и не согласился бы иметь от нее детей, так как чувства любви к ней не питает, а даже презирает ее. Такие положения, редко наблюдающиеся во всей своей резкости, имеют часто место у большинства мужчин в значительно слабейшей степени. В этом случае libido должно быть рассматриваемо, как древний животный инстинкт, на который привлекающее действуют чувственный взор, соответствующие манеры и пышные формы соблазнительницы, между тем как в лучшей, духовно высшей части души глубокое чувство привязанности и верной любви, в связи с представлениями о верности, признательности и сродстве душ, энергично борются с проявлением животной силы. Можно было бы, в самом деле, говорить о наличности "двух душ в одной груди" (в одной центральной нервной системе), отдельных друг от друга и оказывающих одна другой противодействие. Амур больше не в ладу с самим собой. Отсюда мы исключаем, конечно, такие случаи, когда новое любовное увлечение совершенно отталкивает мужчину от его прежнего объекта любви (или жены) как в душевном смысле, так и в области чувства.

Стремление к совершению полового акта не исчерпывает целиком полового стремления мужчины. Довольно часто это чувство сопровождается, у него и влечением к получению потомства, — влечением, которое выражено у него весьма смутно и, во всяком случае, значительно слабее полового влечения. В инстинкте родительской любви оно занимает известное место в качестве сознательной мысли, но и в животном инстинкте, в самом влечении, оно, к сожалению, играет определенную роль. Не останавливаясь пока на этом, мы впоследствии убедимся в том, что это влечение, в качестве такового, играет несчастную роль в связи с современными культурными условиями.

II. Половое стремление женщины. Если мы коснемся существенного различия между женщиной и мужчиной применительно к половому акту, то здесь должно будет принять в соображение не только пассивную ее роль в совершении акта, но и отсутствие у нее процесса истечения семени. Но, с другой стороны, имеют место и большие аналогии. Сюда могут быть отнесены отвердение (эрекция) клитора и обусловливаемое этим сладострастное ощущение, выделение Бартолиновых желез, могущие быть уподобленными мужской эякуляции, и наконец, orgasmus venericus, который, будучи налицо, нисколько не уступает такому же мужскому, нередко и превосходя его. У женщины, правда, нет такого процесса, который мог бы быть соответственно уподоблен переполнению семенных пузырьков у мужчины. Но при продолжительном воздержании у женщины происходит как бы накопление сладострастного влечения и в ее центральной нервной системе. Мне приходилось говорить с одной простой женщиной, которая, по ее словам, каждые две недели испытывала потребность в совокуплении. И если она в этот период не имела почему-либо мужа, то простейшим образом обращалась к содействию кого-либо другого. Психическая подкладка такого явления, может быть, и лишена совсем женственности, но такого рода libido нельзя считать ненормальным.

Здесь необходимо добавить, что многие женщины, которые достигают оргазма только благодаря трению клитора, при его неспособности, часто не получают никакого удовлетворения от совершения полового акта. Многие из них поэтому получают предрасположение к лесбийской любви или онанизму, если они только чувственны по своей природе. Но, благодаря прикасанию к всевозможным частям ее тела, груди, лицу и коже, женщина эротически возбуждается, и у многих сладострастие обусловливается введением какого-либо предмета во влагалище.

Что касается крайних проявлений полового вожделения или стремления у женщины, то они у нее больше, чем у мужчины. Стремление реже может возникнуть у нее самостоятельно, но во время совершения полового акта пробуждается ощущение сладострастия. Не всякой женщине свойственно libido sexualis, и при отсутствии последнего, что наблюдается не так уже редко, половой акт не только не доставляет женщине никакого удовольствия, но, будучи в некоторых случаях для нее безразличен, может быть иногда связан и с неприятными, противными ощущениями. Мужское чувстве никак не может примириться с той противоположностью в женском характере, в силу которой женщина, совершенно равнодушная в половом смысле, отличается тем не менее большой склонностью к кокетству, привлекательностью и испытывает потребность в любви и ласке! Такое положение вещей нередко ведет к досадным недоразумениям. Объясняется это, между прочим, тем, что половое чувство женщины, в нормальном своем проявлении, значительно менее направлено непосредственно на половой акт и связанные с ним сладострастные ощущения, чем на последствия этого акта, играющие столь важную роль во всей ее дальнейшей жизни. На женщину, а особенно на девушку, мужские половые части совершенно не действуют привлекающе. Под влиянием страстной симпатии, внушенной мужчиной, девушка охвачена желанием лишь иметь от него ребенка, "принадлежать ему" (иногда рабски), причем она требует ласки, флирта, бесконечной любви, жизненной опоры. В этом, хотя на первых порах и смутно, проявляется потребность в своей собственной семье, в ощущении материнского счастья, — и одновременно мелькают перед умственным взором поэтически-рыцарские идеалы, — а чувственность, не сосредоточившаяся еще на половых органах и не требующая еще совершения полового акта, как бы разлита по всему телу. Таким образом, состояние полового возбуждения у женщины не заключено в тесных рамках половых органов. Грудные соски, например, могут быть названы эрогенным местом, так как поглаживание их действует возбуждающе. Необходимо считаться с чрезвычайным значением для женщины состояния беременности, кормления и вообще всей совокупности ее материнских обязанностей и отправлений, чтобы легко понять всю сложность и взаимодействие чувств у женщины, которые так мало совпадают с чувством мужчины. Меньшие объем и сила ее тела вполне естественно побуждают ее стремиться к надежной опоре, между тем как в совершении полового акта она играет пассивную роль. Этим и объясняется нормальное влечение молодой девушки к смелому, крепкому, предприимчивому и умственно стоящему выше ее мужчине, которого она всегда готова ставить выше себя, и под защитой которого она не будет опасаться за свою судьбу. В то время, как на дикарку привлекательно действует мускульная сила, дочь культуры предпочитает умственное превосходство. Но женщины находятся вообще еще под влиянием своих инстинктов и привычек — и в значительно большей степени, чем мужчины. Успех мужчины на заре человеческого существования основывается на храбрости и отваге. И в настоящее время смелость и отважность дон-жуана дает ему много шансов преимущественно перед другими в глазах девушки, несмотря на наличность у него какого угодно числа других отрицательных качеств. И, наоборот, робость и беспомощность действуют на женщину отталкивающе. Современная женщина, однако, находит все большее и большее удовлетворение в умственном превосходстве мужчины, который при наличности соответственных духовных качеств, действует на ее libido возбуждающе. Нужно отметить, что влияние на женщину чисто физической красоты мужчины, к которой она вообще неравнодушна, не является очень значительным. Не раз приходится удивляться выбору женщины, влюбившейся в безобразного, старого, а иногда и прямо уродливого мужчину. Из дальнейшего мы убедимся в том (глава VI, § 8), что нормальная женщина отличается значительно большей разборчивостью при выборе предмета своей любви. И, во всяком случае, не со всяким встречным мужчиной она согласится на совершение полового акта, — в полную противоположность мужчине, который в любую минуту готов испытывать сладострастные ощущения при виде любой здоровой, молодой женщины. Этим, может быть, и объясняется большее ее постоянство, а также и то обстоятельство, что ей редко свойственно чувствовать половое влечение одновременно к нескольким мужчинам, кроме того, к которому она питает любовное чувство.

Нормальное половое чувство женщины заключает в себе наряду с инстинктом деторождения, более развитым у нее, чем у мужчины, также и потребность в том, чтобы пассивно отдаться, безропотно пребывать в положении подчиненной, обязанной. Мы будем по этому вопросу говорить еще в главе V, а также в главе VIII (мазохизм).

Женской чувственности свойственна еще одна исключительная особенность, уживающаяся у нее рядом с нормальными чувствами, но имеющая бесспорно патологический характер, который соответственно у мужчины представляет собою резкое уклонение от нормального состояния. Мы говорим здесь о libido по отношению к своему же полу, обусловливающее так называемую гомосексуальную любовь. Влияние мужчины на мужчину, при нормальных условиях, в половом отношении только отталкивающе, и только патологическим субъектам может быть свойственно половое влечение друг к другу. Женщина же в своем ощущении потребности в ласке чисто чувственного характера, — потребности, которая имеет под собою, очевидно, бессознательное половое чувство или же, в меньшей мере, его филогенетические последствия, — не ограничивает себя только мужчиной, а с легким сердцем (без всякой подкладки патологического извращения) ищет в этом смысле удовлетворения у других женщин, а также маленьких детей и даже животных. Известно, например, что нормальные девушки очень любят спать на одной постели, целоваться и ласкать друг друга, в то время как нормальные мужчины этого совершенно не любят. Чувственная ласка у мужчины обязательно обусловливается libido sexualis, у женщин же далеко не всегда. Мы видели уже, в каком антогонизме между собою могут быть у мужчины высшая любовь и половое стремление, причем мозг его, очевидно, заключает при таких условиях два различно ощущающих индивидуума. Мы видели, наконец, что, оставаясь любящим мужем, мужчина в состоянии удовлетворять свои чувственные стремления при посредстве публичных женщин. Но женщина почти никогда не подвержена такому разъединению, для нее, безусловно, неестественному. Высшую любовь значительно труднее отделить у нее от полового стремления.

В вышеприведенном следует искать причину удивительного непостоянства чувств libido sexualis и оргазма у женщины. Эти последние не обнаруживаются без любви у женщины, нормально чувствующей. Если женщина любит одного мужчину и совершенно равнодушна к другому, то при совершении полового акта с первым она будет ощущать в высшей степени интенсивное libido, в то время как при совершении полового акта с другим она будет почти всегда или в большинстве случаев оставаться холодной и безразличной. Мы можем себе теперь объяснить, почему проститутка последнего разбора, имевшая сношения за вознаграждение с бесчисленным количеством клиентов и никакого ощущения при этом не испытавшая, всегда располагает любовником-сутенером, для которого единственно и предназначена вся ее любовь, и сладострастные ощущения, и которому она разрешает эксплоатировать себя самым возмутительным образом.

Все, чего нормальная женщина требует от мужчины, сводится, главным образом, к любви и нежности, надежной опоре в жизни и известным рыцарски-возвышенным чувствам к детям. Она с готовностью и, во всяком случае, без особого труда скорее отрешится от сладострастных ощущений полового акта, чем от своих основных требований. Равнодушие мужа особенно возмущающе действует на женщину, каковы, например, отношения к жене, как к экономке. Высказываются предположения, что чувственность женщины, в среднем, больше чувственности мужчины; есть голоса за то, что на деле все происходит как раз наоборот. Но оба противоположные мнения не отличаются верностью, ибо чувственность женщины своеобразна и не поддается сравнению.

Таким образом, нам представляется возможность объяснять особенности полового стремления у женщины тою огромною ролью, какую играют половые отправления во всей ее жизни, а также, с другой стороны, предназначенной ей пассивностью и индивидуальными свойствами ее души.

Вышеизложенным оправдывается и резко выраженное у женщины кокетство, желание нравиться и инстинктивная страсть к нарядам, украшениям и стремление во что бы то ни стало увлечь мужчину наружностью, взором, соответствующими движениями, грациозностью и т. д. Женский половой инстинкт в этом случае, очевидно, вполне налицо, но этим отнюдь не подтверждается непосредственное стремление женщины к половому общению.

Мы здесь имели, главным образом, в виду чувства и ощущения девушки, в девственном ее состоянии. Но супружеская жизнь и вообще половое общение может в значительной степени видоизменить положение вещей. Можно, с одной стороны, констатировать наличность изрядной категории женщин, которым всю жизнь совершенно чуждо было ощущение сладострастия в половом общении, но женщины, у которых половой акт сопровождается ощущением сладострастия, привыкают к нему и начинают ощущать в нем все увеличивающуюся потребность. Таким образом, в продолжительном браке может произойти видоизменение взаимоотношений супругов настолько, что жена будет требовать полового общения чаще, чем муж. Легко понять, почему вдовы так скоро спешат снова замуж, ибо у них привычка создала потребность в известного рода ощущениях, между тем как мужчина особенно охотно идет навстречу половому вожделению женщины, если она обнаружила его более или менее заметно. Вдова находится под влиянием двух противоположных чувств, старающихся, каждое в свою очередь, покорить себе всецело ее сознание. С одной стороны, в качестве сдерживающего начала, на нее старается воздействовать женская верность, постоянство к любви, обоготворение, т. е. культ умершего мужа. А с другой — властно диктует свои желания привычка к восторгам половой любви. В зависимости от интеллектуальных данных, побеждает то одно, то другое сочетание чувств, причем такая внутренняя борьба обнаруживает, в среднем, более возвышенные чувства и более интенсивную волю у женщины по отношению к ее половому стремлению, чем у мужчины. Всего этого, конечно, не будет, если не имеется налицо половой потребности, ибо тогда о борьбе уже не может быть и речи, а диктовать те или иные поступки будут лишь определенные соображения, основанные на велениях рассудка.

С наступлением климактерического периода (прекращение менструаций), половая потребность у женщины, а также ощущение сладострастия могут продолжать быть ей свойственными, причем при нормальных условиях они регулируются возрастом. Здесь нужно отметить то ненормальное явление, что, не представляя никакой привлекательности в половом смысле для мужчины, многие старухи, однако, нередко испытывают еще большее libido sexualis, чем молодые женщины.

Мы уже показали, что половое стремление у женщин отличается еще большими индивидуальными различиями, чем у мужчин. Наблюдаются женщины, весьма легко возбудимые в половом смысле и, испытывая уже с ранних лет сильное libido, предающиеся онанизму или вешающиеся на шею мужчинам. Такие женщины обладают несомненным предрасположением к полнгамии, хотя половое стремление у женщины более склонно к моногамии, чем у мужчины. Такое интенсивное женское половое влечение, достигшее крайних пределов, значительно более патологического характера, чем такое же у мужчины, и носит название нимфомании. Такие индивидуумы выделяются всеми классами общества, и половая ненасытность их изумительна. Есть между ними такие, которые в состоянии совершать половой акт чуть ли не круглые сутки, предоставляя себе лишь самые незначительные перерывы для отдыха и еды, причем они меньше, чем мужчины, подвержены истощению, ибо оргазм у них не сопровождается истечением семени.

При известной щепетильности и стыдливости женщины в половом отношении, она очень скоро и без остатка теряет эти свойства, коль скоро предалась разврату. В качестве благоприятствующих этому причин мы можем назвать свойственную женщине рутину, способность подвергаться внушению, последовательность воли женской психологии, а также рабское подчинение моде. В проституции мы видим этому печальное подтверждение (см. глазу X, 3).

Хотя мы должны утверждать (глава X, 3), что половые эксцессы женщин являются в большинстве случаев следствием врожденного наследственного предрасположения, иногда же и сильного libido, но необходимо считаться с тем, что, вследствие чрезвычайного воздействия половых отношений на мозг женщины, ей гораздо труднее, чем мужчине, вернуться на путь порядочности, раз она уже в качестве проститутки или каким-либо иным способом приобщилась к открытому разврату. Она могла быть при этом первоначально и вовсе непорочной. У мужчины гораздо легче уединить половое стремление из целей совокупности его интеллектуальных и душевных свойств, так как это стремление, при всей своей интенсивности, отличается и кратковременностью, занимая мало места в его душевной жизни. Различие между обоими полами обязательно должно быть поэтому принято во внимание в интересах составления правильного мнения о половом вопросе в социальном отношении. Равноправие может и должно быть предоставлено обоим полам, но это никогда не сделает совершенно одинаковою их природы.

История и этнография дают нам неопровержимые доказательства того, что во все времена, равно как и у первобытных, диких народов, людям свойственны были замысловатые приспособления для возбуждения полового влечения (см., например, О. Stoll, Das Geschlechtsleben in der Volkerpsychologie, Leipzig, Weit и Ко., 1908. Havelock Ellis, Geschlechtstrieb und Schamgefuhl, 1901). Эротические женщины всех эпох, например, располагали искусственными мужскими членами. Проделывалисъ всевозможные операции над половыми органами мужчины и женщины, в интересах усиления полового раздражения у обоих полов, и ничего не было забыто в этом смысле. Поэтому не следует слишком строго осуждать современные половые выступления, и в сравнении с "добрым старым временем" не смотреть на них как на признаки вырождения или декаданса. Они основаны на других причинах. Но зато не следует также смешивать варварские выступления первобытных племен в их разгульной жизни с нашим патологическим вырождением. Одному болгарину, который рассказывал мне героические похождения болгарских разбойничьих наездников во времена турецкого владычества, я сказал лет 17 тому назад: "Ваши бандиты были бы у нас членами правительства". Он ответил, смеясь: "О, да! В нашем парламенте заседает бывший бандит". В более культурной стране преступники большей частью патологические дегенераты, но это не относится к варварам, ибо мотивы к преступлению у тех и других совершенно различны. Также обстоит и с половым развращением. У диких племен они большей частью грубые развратники, причем источники следует искать в стремлении к разнообразию, нужде и проч., — у культурных же народов испорченность яиляется следствием патологического наследственного вырождения. (Уклонения инстинкта, см. главу VIII).

III. Флирт. В английском словаре мы находим, что слово "флирт" означает кокетство, заигрывание, шаловливость, ухаживание и пр. Но это английское слово вошло в обиход совершенно под иным значением, и на всех языках под ним разумеется целый ряд понятий, не совпадающих с представлением о кокетстве. Кокетство, как таковое, свойственно только женщине и не имеет поэтому никакого отношения к половому стремлению, лишь косвенно психически его отражая, о чем подробнее позже. В настоящее же время понятие о флирте имеет непосредственное отношение к половому влечению, которое и отражает в проявлении его у обоих полов в той или иной форме. Короче, флирт имеет в виду все проявления полового стремления, имеющие целью ответное стремление, однако, без совершения самого акта. Он может быть сознательным и бессознательным. Не представляя собою психического свойства, он ничего общего не имеет и с libido, так как можно скрывать libido так, что никто и не догадается о его наличности, или же можно наружно его обнаружить, в то время как на самом деде его не ощущаешь. Под флиртом мы будем разуметь всякое действие, имеющее целью обнаружить собственный эротизм, а также возбудить его в другом или других. Кокетки часто флиртуют, что объясняется их природой. Есть хорошее старое и популярное слово для обычно практикуемого "флирта", а именно: "поощрение".

Флирт может взять свое начало от чуть вызывающего влюбленного взгляда, притворно-неумышленного прикосновения и через поцелуи, ласки и объятия — дойти до непристойных прикосновений и раздражений, которые не доведены только до известного крайнего предела. При этом происходит незаметная смена нюансов; в зависимости же от индивидуальных свойств флиртующих, могут получиться то медленные и осторожные, то быстрые и весьма интенсивные раздражения полового стремления. Может случиться, вследствие различной восприимчивости различных индивидуумов, что один довольно равнодушен к такому действию, которое на другого имеет весьма сильное влияние. Результатом флирта, благодаря этому, может явиться, хотя бы и без полового акта или даже приближения к нему, orgasmus venericus. У мужчины это возможно чаще, чем у женщины. Женщина может вызвать эякуляцию у мужчины легким трением платья об его эрегированный член, во время эротического сладострастного танца. Горячие ласки, хотя и не сопровождающиеся обнажениями или прикосновениями к половым органам, в свою очередь, могут вызвать истечение семени у мужчины. Женщина в этом случае поставлена в лучшие условия, но при достаточной возбудимости и она может при интимных ласках вызвать у себя чувство оргазма, прибегая для этого к сжатию и трению ног (особый род онанизма).

Во флирте поцелуй — и специально поцелуй в рот — играет огромную роль. Слизистая оболочка кожи эротична, и рот в этом случае всего доступнее. Переход в эротической игре от рукопожатия к поцелую в рот, по крайней мере для женщины, гораздо труднее, чем переход от поцелуя в рот к совокуплению, хотя поцелуи сами по себе и не чреваты никакими последствиями.

Флирт в обыкновенном своем проявлении так далеко не заходит: он удовлетворяется чувством зрения и осязания. Большое значение имеет здесь взгляд, так так при его помощи многое может быть сказано без слов, производя вместе с тем достаточно сильное и нужное впечатление. Рукопожатие, обыкновенное приближение, движение без видимого умысла, прикосновение рукою к платью или к коже, определенные приемы — все это относится к флирту. В тех случаях, когда люди сидят близко или тесно друг к другу (в вагонах железных дорог, за тесно усаженным столом и проч.), надавливание колена или ноги имеет в флирте свое определенное значение.

В первые моменты этот немой язык отличается такой осторожностью и невинностью, что нет ни повода, ни основания приписать нападающей стороне какое-либо нарушение благонравия. Но опытный глаз всегда сумеет отличить малейший оттенок сочувствия и поощрения, который придает больше смелости, при установившемся, чаще безмолвном же, соглашении, так как дальнейшее развитие игры и выяснение взаимности отнюдь не нуждаются в подкреплении словами. Вообще же словесные объяснения преимущественно избегаются, так как частичное раздражение половых ощущений успешно достигается и вышеописанными приемами.

Видоизменение флирта обусловливается тем или иным состоянием воспитанности, а также и темпераментом участвующих лиц. Флирт выражается в грубой форме где-нибудь в пивной, в которой прислуживающие девушки любезничают с посетителями, причем алкогольный наркоз в достаточной степени благоприятствует проявлениям флирта в наиболее недостойных формах его. Ласки, обусловленные воздействием алкоголя, отличаются преимущественно неуклюжестью, грубостью, что в большинстве случаев и наблюдается по праздникам в местах собраний людей. Но даже более воспитанные, под влиянием алкоголя, не склонны к такого рода флирту, который можно назвать безусловно благородным. По поводу алкоголизма в вагонах железных дорог и общественных помещениях можно было бы написать целое сочинение.

Однако, у людей с высшим умственным развитием флирт выливается в формы достаточно приличные, часто сложные и не лишенные некоторой грациозности.

Имеется налицо еще один вид флирта, который находит себе выражение не при посредстве зрения и осязания, а при помощи языка. Эротическую остроту считают непристойной. Такие обороты речи и двусмысленности, которые преследуют эротическое воздействие, влияют в такой же степени раздражающе, как и притрагивания и соответствующие взгляды. Они, конечно, варьируются, в зависимости от той или иной степени развития участвующих во флирте лиц, будучи то грубоватыми и невоздержанными, то тонкими, остроумными и более или менее тактичными.

Следует здесь считаться с чуткостью и тактом, составляющими врожденные особенности женщины. Поэтому недостаточно прилично расчитанные и проявленные приемы флирта будут действовать на эротизм женщины лишь расхолаживающе, не обусловливая успеха, ибо женщина, благосклонно относясь вообще к флирту, признает лишь его приличную форму, проявляющуюся известного рода галантностью и изяществом.

Женщина может все выслушать, но смотря по тому, в какой форме это будет сказано. Мне лично известны ученые медички, допускавшие беседы на весьма рискованные темы, но возмутившиеся поступком своего профессора, который позволил себе некоторые вольные остроты. Правда, эти остроты отличались аляповатостью и, расчитаны были на оскорбление чувства приличия. Но ухо медика могло слушать их вполне равнодушно. Мои коллеги-женщины, отличавшиеся здравым смыслом, вполне согласились со мною, когда я высказался в этом смысле, подчеркивая их чисто-женское, обнаружившееся в этом случае, противодействие. Иногда и на нас, мужчин, вообще не отличающихся, как известно, особой щепетильностью, неприятно действует непривычное проявление женского эротизма.

Мы приходим здесь, в зависимости от вышесказанного, к обсуждению различий между флиртом мужчины и женщины, проявлению его активно у представителей обоих полов. Что касается женщины, то ее эротические чувства только в такой форме и могут найти выражение, однако, не без достаточной сдержанности с ее стороны. У женщины поэтому активный флирт, чрезвычайно разработанный, является чуть ли не своего рода искусством. Можно лишь угадывать ее эротизм, ибо всякий недостаточно тактичный вызов ее действует на мужчину отталкивающе, в то же время отражаясь неблагоприятно на репутации самой флиртующей. При наличности у нее какой-угодно эротической страсти, она не вправе забывать свою пассивную роль. Но независимо от этого, ей стоит мало труда воздействовать на чувственность мужчины, хотя это далеко еще не значит, что искусственные способы помогут ей окончательно его околпачить. Таким образом, осторожность и некоторая искусность являются необходимыми условиями женского флирта, что, впрочем, и облегчается особенностями ее эротизма и всей организации. Столько натиска и храбрости, во всяком случае, мужчине не свойственно. Что касается остального, то мы опираемся на сказанное уже нами о половых различиях, а также и на то, о чем в дальнейшем будем рассуждать.

Формы флирта могли бы занять целые фолианты, ибо наличность его является переменным условием какого-угодно полового притязания, независимо от конечных целей последнего. Официально обрученные выливают его в правовую, даже с обязательным характером форму. Заигрывания кельнерш в пивных являются также как бы безмолвно узаконенными. В салонах же он не лишен чрезвычайной утонченности, почти независимо от того, предоставлены ли ему строго ограниченные рамки, или же он может зайти как угодно далеко, как у древних греческих гетер. Более грубая форма флирта, с ярко просвечивающей чувственностью, имеет место у парней и девок, проявляясь не в таком виде, как у людей умственно-развитых, и, главным образом, прибегающих для осуществления своих целей к соответствующим оборотам речи. Об этом мы уже говорили в предыдущем. Флирт является господствующим и незаменимым, - во всех своих формах, в светских кругах, среди досуга наших современных богачей, во всех общественных учреждениях и всевозможных местах скопления публики, как курортах, игорных залах, модных санаториях и проч. В местах сосредоточения людей, занятых скучной и монотонной работой, как на фабриках и мастерских, флирт процветает весьма энергично. Флирт и вовсе заменяет у многих половое общение и чувство любви. Масса созданий питается им, как одним из способов искусственного раздражения, ибо они неспособны уже к какому-либо сильному полезному действию.

Флирт, таким образом, можно считать нормальным явлением, имеющим свое право на существование, поскольку он содействует общению между обоими полами, но должен считаться патологическим показателем вырождения, если представляет собою культивированную самоцель, или флирт, не идущий далее флирта.

<< | >>
Источник: Август Форель. ПОЛОВОЙ ВОПРОС. 2-е издание, М., 1924. 1924

Еще по теме Глава IV Половое стремление:

  1. Глава 2. ПСИХОЛОГИЯ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ
  2. Глава 2Агрессия
  3. Глава 5 Социальные дилеммы:сотрудничество или конфликт
  4. Глава 6 Интегрированная социальнаяпсихология
  5. Глава IV Половое стремление
  6. Глава VСексуальная любовь и прочие проявления полового влечения в духовной жизни человека
  7. Глава VIЭтнология, происхождение и история человеческой половой жизни до брака
  8. Глава VIIПоловая эволюция
  9. Глава VIII Половая патология
  10. Глава XПоловой вопрос в его отношении к деньгам и частной собственности. Брак по расчету, проституция, сводничество, кокотки и метрессы
  11. Глава XI Воздействие внешних условий на половую жизнь
  12. Глава XIIIПраво в половой жизни
  13. Глава XIVМедицина и половая жизнь. Половая гигиена
  14. Глава XV Половая этика или половая мораль
  15. Глава XVII Половой вопрос в педагогике