<<
>>

Тема IX.ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И ОБЩИЕ ТРЕБОВАНИЯ К ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТОВ

Процессуальное законодательство о правах и обязанностях адвоката на предварительном следствии и в видах судопроизводства (уголовном, гражданском, арбитражном, административном, конституционном).

Адвокат как субъект доказывания: обязанность обоснования выдвигаемого тезиса, участие в собирании доказательств, их проверке и оценке. Правовое значение невыполнения адвокатом обязанностей субъекта доказывания.

Правовые основы взаимоотношения адвоката с клиентом, пределы самостоятельности адвоката в выборе позиции по делу, средств и способов защиты.

Значение овладения адвокатом искусством допроса и приемами судебного ораторского красноречия.

Законодательство об адвокатуре (Положение об адвокатуре РСФСР, обсуждаемый Государственной Думой проект закона об адвокатуре РФ) и нормативные акты в виде уставов коллегий адвокатов, правил внутреннего распорядка регулируют вопросы формирования коллегий адвокатов, их рабочих органов, прав, обязанностей и ответственности адвокатов как членов соответствующих профессиональных объединений, т.е. в основном регулируют внутреннюю жизнь адвокатских коллективов. Что же касается правового статуса адвоката как участника различных видов судопроизводства (гражданского, арбитражного, уголовного, административного, конституционного), то он определяется нормами соответствующих процессуальных кодексов: ГПК РСФСР, АПК РФ, УПК РСФСР либо специальными нормами, включенными в правовые акты, объединяющие как материальное, так и процессуальное право. Это КоАП (Кодекс об административных правонарушениях 1984 г.) и Закон о Конституционном Суде РФ 1994 г. Подробно статус адвоката рассматривается в темах, посвященных его участию в видах судопроизводства.

В ходе судебно-правовых реформ в России 1990-х гг. статус адвоката в судопроизводстве существенно укреплен и расширен. Это касается прежде всего уголовного судопроизводства, которое совершенствовалось путем внесения изменений в процессуальное законодательство, принятое в СССР и РСФСР в 1958-1960 гг.

Отметим здесь ряд правовых актов, имевших огромное щачение и для укрепления роли адвокатуры, и для развития демократизации судопроизводства.

10 апреля 1990 г. первый Президент Союза ССР (он же и Генеральный секретарь ЦК КПСС) подписал закон СССР «О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик». Этот закон воплотил мечты нескольких поколений советских ученых-юристов, отраженных в десятках монографий и диссертаций:

«Защитник допускается к участию в деле с момента предъявления обвинения, а в случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, или применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу до предъявления обвинения с момента объявления ему протокола задержания или постановления о применении этой меры пресечения, но не позднее 24 часов с момента задержания».

У подозреваемого и обвиняемого с ранних этапов расследования появлялся профессиональный защитник, который получил право «присутствовать при предъявлении обвинения, участвовать в допросе подозреваемого или обвиняемого, а также иных следственных действиях, производимых с их участием; знакомиться с протоколом задержания, постановлением о применении меры пресечения... С момента допущения к участию в деле защитник вправе также после первого допроса задержанного или находящегося под стражей подозреваемого или обвиняемого иметь с ним свидания без ограничения их количества и продолжительности».

Существенно и то, что законодатель вовсе не ориентировался на разрушение действующих коллегий адвокатов, ибо гарантом реализации права подозреваемого и обвиняемого на профессиональную юридическую помощь назвал не частнопрактикующих адвокатов, а заведующего юридической консультацией и президиум коллегии адвокатов, которые «обязаны выделять адвокатов для защиты подозреваемого, обвиняемого или подсудимого», освобождая в необходимых случаях подозреваемого, обвиняемого, подсудимого полностью или частично от оплаты юридической помощи».

В УПК РСФСР соответствующие изменения будут внесены два года спустя - Законом от 23 мая 1992 г., т. е. тогда, когда судебная реформа примет масштабные формы.

Этим же законом будет введен судебный контроль за законностью ареста, содержания под стражей и продления срока содержания лица под стражей; исключена норма, не допускавшая участие адвоката в дознании (см. Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ № 25, ст. 1389).

Позиции адвоката в уголовном судопроизводстве, как видим, существенно укреплялись, появлялись новые средства для активной защиты обвиняемого. В том же ряду находятся и нормы Конституции РФ 1993 г. (раздел «Права и свободы человека и гражданина»). Среди них, как известно, и судебный порядок применения важнейших мер процессуального принуждения, и требования к доказательствам, допустимым при осуществлении правосудия, и принцип презумпции невиновности, и право каждого на судебную защиту и квалифицированную юридическую помощь...

Все это отнюдь не формальные решения. Допуск адвоката в уголовном судопроизводстве с ранних этапов расследования создавал реальные гарантии обеспечения прав подозреваемого и обвиняемого, ибо действенность процессуального контроля адвоката обеспечивалась его новыми важными полномочиями. Среди них - ознакомление с мотивами и основаниями задержания и ареста, возможность обжалования процессуальных актов надзирающему прокурору и в суд, участие в судебном рассмотрении жалоб по поводу законности ареста и продления срока содержания под стражей.

Дознание - одна из форм расследования - стало доступным для адвоката, и у него появилась возможность использовать весь арсенал средств защиты, которыми он располагал на предварительном следствии.

Большое значение для повышения эффективности деятельности адвоката имели правила производства в суде присяжных. Обязательное участие в деле, состязательное построение судебного процесса, новые правила доказывания, возможность выступления перед непрофессиональными судьями - двенад-цатью присяжными - открывали новые перспективы для оттачивания профессионального мастерства, для возрождения судебного красноречия, прославившего многих дореволюционных адвокатов России.

Конституция РФ 1993 г.

дополнила традиционные виды судопроизводства - гражданское и уголовное - конституционным и административным. Появилась и укрепляется новая ветвь судебной власти - арбитражный суд по экономическим спорам. При этом не был забыт адвокат, ставший активным участником всех видов судопроизводства.

Так, Федеральный Закон о Конституционном Суде РФ 1994 г. к числу участников процесса отнес стороны и их представителей, каковыми могут быть, в частности, адвокаты (статьи 52, 53, 62 и др.).

В новом Арбитражном процессуальном кодексе РФ (апрель 1995 г.) содержатся статьи о состязательности и равноправии сторон (ст. 7), о представительстве и полномочиях представителя (гл. 5), которые дают широкие возможности для активного участия адвокатов в арбитражном судопроизводстве, являющемся по сути разновидностью гражданского процесса.

Кодекс РСФСР об административных правонарушениях, принятый в 1984 г. и в последующие годы существенно дополненный, содержит статью, специально посвященную адвокату: «Для оказания юридической помощи лицу, привлекаемому к административной ответственности, в рассмотрении дела об административном правонарушении может участвовать адвокат» (ст. 250). При этом адвокату предоставляются широкие права по ознакомлению со всеми материалами дела, заявлению ходатайств, принесению жалоб.

Все это - реальные правовые меры по созданию «сильной» адвокатуры. Остальное зависит от самого адвоката, его профессио-нального мастерства, опыта, настойчивости и добросовестности.

К изложенному, пожалуй, следует добавить, что хотя новый закон об адвокатуре еще не принят (по состоянию на май 2000 г.) и действует старое Положение об адвокатуре РСФСР, многое в жизни адвокатов изменилось. Фактически нейтрализовано руководство адвокатурой со стороны государственных органов; созданы Союзы адвокатов, у адвокатуры появились печатные органы, органы защиты их прав и независимости.

В последние годы существенно увеличилась численность адвокатов в России: их стало почти вдвое больше, чем было в СССР (свыше 30 тыс. адвокатов на конец 1999 г.).

Одним из спорных вопросов теории доказательств до сих пор остается вопрос о статусе адвоката как субъекта доказывания, с учетом его односторонней функции и связанности с позицией клиента (подзащитного).

Это своеобразие положения адвоката как субъекта доказы-вания породило спорную, на наш взгляд, концепцию, согласно которой обязанность адвоката по участию в доказывании возникает из оснований, лежащих за пределами уголовного судопроизводства, и носит ограниченный характер, ибо, «будучи обязаны участвовать в доказывании, «...адвокаты-защитники (представители) не несут обязанности обоснования своих выводов по делу»*.

* Теория доказательств в советском уголовном процессе (Часть Общая).

- М., 1966.С.477.

В уголовном судопроизводстве (а мы здесь говорим главным образом о нем как наиболее конфликтной сфере процессуальных отношений) адвокат участвует или в качестве защитника обвиняемого, или в качестве представителя потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика.

Основанием вступления адвоката в уголовный процесс может быть соглашение, заключенное с ним заинтересованным лицом через юридическую консультацию, или поручение заведующего юридической консультацией в соответствии с требованием следователя или суда.

И в первом, и во втором случае первоначально возникающие правоотношения могут быть охарактеризованы как трудовые (заведующий консультацией заключает с клиентом соглашение на участие определенного адвоката в процессе или поручает адвокату ведение дела в порядке ст. 49 УПК РСФСР именно потому, что он находится с адвокатом в трудовых отношениях) и гражданско-правовые, ибо адвокат ставится в известном смысле в положение поверенного, призванного совершать по поручению доверителя юридически значимые действия.

Однако эти правоотношения не определяют сущность полно-мочий адвоката в уголовном судопроизводстве. Являясь базисными, исходными, они еще должны перерасти в уголовно-процессуальные отношения. Только после того как адвокат будет допущен в уголовный процесс (следователем или судом), он становится участником уголовно-процессуальных правоотношений и субъектом доказывания. Его права и обязанности как субъекта доказывания определяются уголовно-процессуальным законодательством, а не трудовым или гражданским, и потому нет основания выводить обязанность адвоката по участию в доказывании «из оснований, лежащих за пределами уголовного судопроизводства».

Правовой характер обязанности адвоката-защитника прямо отмечен в ст. 51 УПК РСФСР, в которой говорится: «Защитник обязан использовать все указанные в законе средства и способы в целях выяснения обстоятельств, оправдывающих обвиняемого или смягчающих его ответственность...».

С точки зрения теории процесса термин «выяснение» равнозначен понятию «доказывание».

Таким образом, адвокат обязан участвовать в доказывании, и эта обязанность возлагается на него и в случае, если он выступает в роли представителя.

Обычные возражения против такой трактовки закона сводятся к тому, что обязанность адвоката по участию в доказывании якобы не подкреплена правовыми санкциями и что невыполнение им этих обязанностей не может породить отрицательных правовых последствий для обвиняемого или иных лиц, чьи интересы он представляет.

Эти возражения, на наш взгляд, неубедительны. Процессуально-правовым последствием невыполнения адвокатом обя-занностей субъекта доказывания может быть устранение его из процесса по ходатайству заинтересованного лица. К иным последствиям может быть отнесено возбуждение против адвоката дисциплинарного преследования.

Наконец, утверждать, что из-за нерадивости или недобросовестности адвоката как субъекта доказывания не могут насту-пить вредные последствия для лиц, чьи интересы он призван защищать, значит выдавать желаемое за действительное. Изучение причин судебных ошибок дает достаточно примеров зависимости между позицией адвоката и ошибочными решениями суда.

В этой связи мы полагаем, что усиление правовых санкций за невыполнение адвокатом обязанностей по участию в доказывании (например, путем вынесения частных определений) соответствует требованию ст. 48 ч. II Конституции РФ об обеспечении прав на защиту.

Заслуживает специального рассмотрения вопрос о содержании обязанности адвоката по участию в доказывании. Оно должно быть различным в зависимости от характера представляемых интересов (потерпевшего, истца, ответчика).

Что касается обязанности защитника по участию в доказывании, то они не могут быть ограничены «выяснением обстоятельств, оправдывающих обвиняемого или смягчающих его ответственность». Он - активный участник проверки и оценки всех имеющих значение для дела доказательств с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Он несет обязанность по обоснованию всех своих выводов, утверждений, ходатайств. Вместе с тем адвокат как субъект обязанности доказывания имеет три важные льготы, ставящие его в привилегированное положение в сравнении с должностными лицами, ведущими расследование и рассмотрение дела.

Первые две льготы вытекают из принципа презумпции невиновности: недоказанная виновность равнозначна доказанной невиновности, и все сомнения толкуются в пользу обвиняемого. Эти положения позволяют адвокату ограничиться указанием на порочность представленных доказательств и порождаемые ими сомнения в обоснованности обвинения и.не отыскивать положи-тельных доказательств невиновности подзащитного.

Третья важная льгота состоит в том, что защитник не обязан собирать, отыскивать доказательства. Ему достаточно указать на то, что они существуют и что их значение для дела несомненно.

Однако все эти льготы не действуют автоматически. Используя их, адвокат обязан логически обосновать, доказать свой тезис, и это обоснование должно иметь опору в материалах дела, в тех доказательствах (или их пробелах), которые он анализирует и оценивает как субъект обязанности доказывания.

Вопрос о статусе адвоката как субъекта доказывания осложняется его особыми отношениями с подзащитными, определяющими пределы его процессуальной самостоятельности. Давний спор теоретиков, является ли защитник представителем обвиняемого (М.С. Строгович) либо самостоятельной стороной в процессе (И.Д. Перлов) остается актуальным и может иметь лишь некое компромиссное решение.

Вопрос о пределах процессуальной самостоятельности защитника от подзащитного является этическим вопросом, и его невозможно решить путем только логического анализа процессуальных норм.

Отношение адвоката-защитника к проблеме процессуальной солидарности с подзащитным - один из решающих показателей его профессиональной культуры. Ложная принципиальность защитника и его «объективизм», не останавливающийся перед возможностью конфликта с подзащитным, не менее опасны для правосудия, чем защита «во что бы то ни стало». Желая подчеркнуть свою объективность, некоторые адвокаты спешат признать обвинение доказанным, опровергая показания подсудимых. Это снижает критическое отношение суда к материалам дела и повышает опасность судебной ошибки.

Полная позиционная самостоятельность, на наш взгляд, была бы опасна не только для правосудия, но и для самого института адвокатуры, ибо подрывает доверие обвиняемого к адвокату, на-стораживает обвиняемого, ставит его в положение необходимой обороны от собственного защитника, сводит на нет процессуальные гарантии права на защиту.

При решении этих вопросов неизбежен учет уровня культуры, грамотности правовой подготовки и активности подзащитного, степени его доверия защитнику.

Адвокат-защитник, как нам представляется, сочетает полномочия самостоятельного участника процесса (выбор средств, методики и тактики защиты) с полномочиями представителя обвиняемого, мнением которого он, безусловно, связан при совершении наиболее ответственных процессуальных действий и выборе конечной позиции по делу.

Такой вывод может показаться всего лишь попыткой примирить крайние точки зрения и потому не принципиальным. Но если «принципиальная линия» противоречит нравственному долгу и способна повлечь отрицательные последствия, значит, ее принципиальность кажущаяся.

<< | >>
Источник: А.Д. Бойков, Н.И. Капинус. Адвокатура России: Учебное пособие. - М.: Институт международного права и экономики имени А.С. Грибоедова. -2000. 376 с.. 2000

Еще по теме Тема IX.ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И ОБЩИЕ ТРЕБОВАНИЯ К ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТОВ:

  1. 1.2. Примирение в зарубежном законодательстве и международном частном праве
  2. Тема 8. Региональные и местные налоги и сборы
  3. Тема IX.ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И ОБЩИЕ ТРЕБОВАНИЯ К ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТОВ
  4. Тема Х.ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА АДВОКАТА
  5. ТЕМА 1. ПРЕДМЕТ, МЕТОД, СИСТЕМА, ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ И ИСТОЧНИКИ ДИСЦИПЛИНЫ «СУДОУСТРОЙСТВО»
  6. ТЕМА 12. ЮСТИЦИЯ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН
  7. Нормативные правовые акты Российской Федерации
  8. Учебно-методические комплексы по преподаванию в ВУЗе учебных дисциплин
  9. Учебно-методический комплекс по специальности 021100 Юриспруденция. Адвокатура и нотариат
  10. Тема IX. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И ОБЩИЕ ТРЕБОВАНИЯ К ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТОВ
  11. Тема Х. ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА АДВОКАТА
  12. Тема XIX.. ПРАВОВОЕ ОБСЛУЖИВАНИЕ СФЕРЫ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ
  13. Программа курса